20 Июль 2019



Новости Центральной Азии

«Парадный портрет» ИВС юга Кыргызстана: пыток нет. Воздуха тоже

08.06.2011 17:49 msk, Екатерина Иващенко

Кыргызстан Общество

Учреждения для содержания задержанных и подсудимых кыргызстанские правозащитники называют закрытыми, а изоляторы временного содержания (ИВС) – местами, где чаще всего применяются пытки. В подтверждение своих слов правозащитники приводят шокирующую статистику. Чтобы опровергнуть эти обвинения, Министерство внутренних дел Кыргызстана устроило трехдневный пресс-тур по ИВС юга страны, который проходил с 26 по 28 мая 2011 года. Журналистам рассказали, что к задержанным физического воздействия не применяют, кормят хорошей едой, они всем довольны, а то, что их содержат по полгода по 10 человек в непредназначенной для этого камере со спертым воздухом – вполне нормально. Что касается уголовных дел по июньским событиям, то милиционеры заверяют, что не делят преступников по национальности. О кыргызстанских ИВС, о беседах с задержанными в присутствии их начальников, и о том, почему по июньским событиям проходит больше узбеков - в репортаже «Ферганы».

* * *

Первый день пресс-тура. Подходим к УВД города Ош - при нем первый ИВС, который значится в нашей программе. Возле УВД стоят 10-15 человек, в основном, узбеки. Узнав, что мы журналисты, сами начинают рассказывать свои истории, просят помощи: их родственники проходят по делам об июньских событиях. Например, мать и сестра Сыражидина Хаджимуратова рассказывают, что Сыражидина задержали три дня назад, обвинили в причастности к июньским беспорядкам, встретится с ним не дают. Сидящая рядом молодая женщина с грудным ребенком рассказывает, что в июне ее дом был сожжен, а теперь и мужа, Анвара Юлдашева, забрали в ИВС по подозрению в убийстве. Мужа задержали еще 11 мая, и до сих пор не дают с ним встретиться.


Мать Сыражидина Хаджимуратова. Фото ИА «Фергана»

Рядом стоит киргизская семья, мать и дочь. Женщины настороженно смотрят на журналистов. Пытаемся поговорить - и узнаем, что у Гульмиры Осмоновой (дочери), когда она 12 июня 2010 года с тремя детьми убегала от узбеков, затоптали дочь, которой было всего 20 дней. Сегодня она пришла на эксгумацию тела.

Проходим в УВД. Перед осмотром ИВС нас провожают к начальнику УВД города Ош Марату Орозбаеву. Первый вопрос: если среди пострадавших во время июньских беспорядков 75 процентов - узбеки, то почему среди задержанных и осужденных тоже большинство - узбеки?

Согласно официальной статистике, полученной ОФ «Голос свободы», в Генеральную прокуратуру КР в 2005-2009 годах с жалобами на применение пыток обратилось 778 человек. В результате было возбуждено 91 уголовное дело, по всем остальным случаям было либо отказано в возбуждении дела, либо внесено предписание в возбуждении дисциплинарных производств. В 2010 году в Генеральную прокуратуру поступило 97 жалоб, в 71 случае в возбуждении уголовных дел отказали, в 11 случаях было возбуждено уголовное дело, из них в 8 случаях по статье 305 Уголовного кодекса КР «Превышение должностных полномочий», в 2 случаях по статье 305-1 «Пытка» и в 1 случае по 11 статье «Истязание», хотя эти преступление не относятся к категории должностных. Согласно данным правозащитников, которые могут предоставить доказательную базу каждого случая, в 2010 году в Кыргызстане было более 300 фактов применения пыток, из них только за две недели августа с юга поступило 56 жалоб.

Согласно базе данных «Голоса свободы», фактов применения пыток, по которым ОФ может предоставить заявления людей и другие доказательства, за 2010 год было 237, из них 91,2 процента приходится на долю учреждений при МВД: ГОМ (городские отделения милиции), РОВД, ИВС.
«Вы правильно говорите, - соглашается Орозбаев с журналистами. - Все комиссии, которые расследовали июньские события, говорили, что большинство узбеков пострадало, но и виноваты тоже узбеки. В ходе расследований июньских беспорядков было задержано почти 70 процентов узбеков, потому что они действительно совершали преступления. Они привлекались к ответственности только по раскрытым преступлениям».

И тут Орозбаев привел статистику, согласно которой по июньским событиям по городу Ош было возбуждено более 3000 уголовных дел, из них раскрыто 167 (1,2 процента). На вопрос, почему так мало, милиционер пояснил, что «когда начались беспорядки, основная сила правоохранителей была направлена на их устранение, время было упущено, так как преступления надо раскрывать по горячим следам». Всего к ответственности было привлечено 122 человека, из них 27 кыргызов, 94 узбека и один уйгур. По половой принадлежности - 116 мужчин (27 кыргызов, 89 узбеков) и 6 женщин (5 узбечек и одна уйгурка).

Орозбаев отметил, что права задержанных никак не нарушаются: ни в УВД, ни в прокуратуру города не поступило ни одного заявления об избиениях или применении пыток.

Журналисты удивились: правозащитники заявляют о сотнях случаях жестокого обращения в ИВС. «Я не знаю, откуда правозащитники берут данные о применении пыток, - удивился в ответ Орозбаев. - Со всеми задержанными работают адвокаты, которые бы говорили, если бы что-то было не так».

После разрешения Орозбаева идем в ИВС, и нам сообщают, что посещать изолятор можно только до 17:30, а сейчас - начало шестого, а разрешение начальника УВД «нам не указ». Так что посмотреть ИВС удалось только на следующее утро.


В камере Изолятора временного содержания. Фото ИА «Фергана»

Мрачное подвальное заведение с тусклыми лампочками и спертым воздухом. Начальник ИВС Абдыганы Акжолов показывает списки содержащихся в ИВС: 33 задержанных (судя по фамилиям, половина узбеки) на 12 камер (две женские камеры и одна мужская на тот момент пустовали). Получается, что 33 задержанных находятся в девяти камерах, не более четырех человек в камере. Но на самом деле в каждой камере было семь или более человек.

Нам показали кабинет, где проводится следствие. Деревянная скамья для задержанного и его адвоката, стол и стул для следователя.


Кабинет в ИВС, где ведется следствие. Фото ИА «Фергана»

Душевая на два места в отвратительном состоянии. С двух сторон коридора расположены сами камеры с маленькими, постоянно открытыми окошками. Внутри двухэтажные кровати, кому не хватает места - спит прямо на полу, на матрасе. Показали и одну свободную камеру: раковина и унитаз, вместо кроватей топчан, один, почти на весь пол, на нем несколько черных от грязи одеял. Поговорить с задержанными можно только через окошко и только под пристальным наблюдением стража ИВС, что, естественно сказывается на ответах людей: жалоб нет, обращаются с ними хорошо.


Душ. В камере Изолятора временного содержания. Фото ИА «Фергана»

Забегая вперед, скажу, что Ошское ИВС оказалось худшим из осмотренных четырех.

Просим показать Анвара Юлдашева. К нам выходит человек с испуганным взглядом, на вопрос, бьют ли его, отрицательно качает головой, жалоб на содержание нет никаких. В убийстве, как сказали родственники, его не обвиняют, обвиняют в укрывательстве. Его адвокат Татьяна Томина.


Супруга Анвара Юлдашева. Фото ИА «Фергана»

«Фергана» связалась с Томиной, которая подтвердила, что на применение физического воздействия Юлдашев не жаловался. Ему предъявляют захват заложников, незаконное удержание человека и участие в массовых беспорядках. Но как рассказал подозреваемый адвокату, он ни в чем не участвовал, хотя видел, как во время беспорядков неизвестные задержали каких-то людей и увезли.

«Задержали Юлдашева 10 мая, предъявили обвинение 25 мая. Отмечу, что уголовное дело по этим фактам было возбуждено давно, и по нему проходили другие задержанные, но потом их отпустили, - рассказала адвокат. - Когда мы написали ходатайство, что не согласны с предъявленными обвинениями, следователь его сразу отклонил и заявил нам, чтобы разбирались в суде. Предъявленные обвинения я считаю домыслами, только один свидетель (какой-то студент) говорит, что видел моего подзащитного во время беспорядков, больше свидетелей нет. Плохо, что следователи, не зная сути дела, вменяют статьи, лишь бы осудить человека. Не хотят моему подзащитному и изменить меру пресечения. А у него больное сердце, он буквально живет на таблетках».


Удобства. В камере Изолятора временного содержания. Фото ИА «Фергана»

Следующим по просьбе журналистов из камеры вывели Сыражидина Хаджимуратова. На тот же вопрос: бьют ли его, - он отвечал положительно. Рассказал, что накануне на втором этаже УВД его избивали двое, били по ногам и по голове. Стоящие рядом работники ИВС не ожидали такой откровенности и заметно изменились в лице. Хаджимуратов задержан за то, что во время июньских беспорядков по просьбе друзей посадил четырех киргизов в машину, и затем их увезли в неизвестном направлении. На вопрос, зачем он это сделал, Хаджимуратов отвечает, что и сам не знает. Адвокат у него назначенный.

Поднимаемся наверх, милиционеры заметно нервничают. Пока стоим на крыльце и ждем следователя, занимающегося делом Хаджимуратова, сотрудники ИВС обеспокоенно подзывают других милиционеров, рассказывают, что Хаджимуратов жаловался журналистам на побои. Милиционеры в неформальных беседах пытаются убедить нас, что задержанный специально сказал журналистам, что его били, а на самом деле здесь никто, никогда и никого не бьет. Наконец, разыскали следователя Данияра Курбанова, который заверил журналистов, что он лично под расписку забирал Хаджимуратова на допрос, лично отводил обратно, и никто его не бил и бить не мог. Курбанов нас заверил, что если его подследственный напишет письменное заявление об избиениях, то будет проведено служебное расследование. Хаджимуратов обвиняется в похищении людей, но при этом следователь отметил, что все похищенные живы и здоровы.

Задать вопрос о массовом задержании узбеков, которые также признаны и наиболее пострадавшим этносом, мы смогли и заместителю министра внутренних дел по южному региону Курсану Асанову.

«Во-первых, точных цифр, сколько задержано узбеков, а сколько киргизов, я не знаю. Кто совершил тяжкие преступления, тот и должен отвечать перед законом, коротко и ясно. Во-вторых, что касается пострадавших узбеков, что их было больше. Да, дома узбеков были сожжены, но они построены не предусмотрительно, например, поджигаешь один дом - и огонь сразу перекидывается на следующие дома… Если бы мы неправильно вели свою работу, кого-то укрывали, какие-то дела бросали, - это другое дело, но такого не было. К нам поступала жалоба - мы возбуждали уголовное дело, несмотря на национальность потерпевшего. Потом история даст свою оценку, кто прав, кто виноват, кто начал», - закончил разговор Асанов.

После Оша мы поехали в Джалал-Абадскую область. В начале - встреча с начальником РОВД Джалал-Абадской области Станбеком Бакировым, который сразу отметил, что «в СМИ сейчас модно писать, что со стороны милиции имеют место пытки, вымогательство, поборы». «Возможно, - рассуждал правоохранитель, - это и было когда-то, после апрельских событий, пока не было устойчивой власти. Однако после референдума ситуация успокоилась, и в РОВД ни на личный телефон Бакирова, ни на телефон доверия не поступало ни одного звонка с жалобой на применение пыток, ни одного письменного заявления.

Что касается уголовных дел по июньским событиям, то всего по области возбуждено 723 уголовных дела, по ним 94 привлечены к ответственности, среди них 22 человека получили пожизненное заключение. 75 человек арестовано, 20 находятся под подпиской о невыезде, 17 человек в розыске. Раскрываемость дел составляет 23 процента.

Милиционер долго не хотел называть национальный состав задержанных, уверяя журналистов, что для милиционеров не имеет значения национальность людей, все они преступники. Но потом все же признал: среди 94 задержанных 62 узбека и 32 киргиза.

По фактам убийства заведено 33 уголовных дела, за незаконное хранение оружия - 3, за кражу - 230, угон - 72, умышленное уничтожение имущества (туда же входит поджог, грабеж) - 32, хулиганство - 7, скотокрадство - 32, незаконное хранение наркотиков - 1 факт. По статье «Участие в массовых беспорядках» возбуждено 4 уголовных дела (по одному на Сузак и Джалал-Абад, Базар-Коргонский, Ноокенский, Ала-Букинский районы), однако сколько человек привлечено по этой статье, милиционер так и не сказал.


В камере Изолятора временного содержания. Фото ИА «Фергана»

В Отчете Международной комиссии, который вызвал такой резонанс в Кыргызстане, говорится: «По официально предоставленной им информации, только на декабрь 2010 года было заведено 5162 уголовных дела. Из расследований, которые привели к обвинениям, этнический состав следующий: 79 процентов узбеков, 18 процентов кыргызов и 3 процента другие национальности. Особенно разительная этническая непропорциональность по делам об убийствах. Обвинения об убийствах были предъявлены 27 обвиняемым, 24 из которых узбеки, и только 2 - кыргызы. Принимая во внимание количество жертв, из этого следует, что узбеков более чем в 30 раз чаще обвиняют в убийстве, чем кыргызов».

«Свидетельства, полученные комиссией, показывают, плохое обращение с заключенными было распространено практически повсеместно, независимо от конкретного места заключения. В большинстве случаев целью пыток было получить признание или дать показания против других лиц. Заключенные подвергались плохому обращению разными способами: избиение по всему телу кулаками, дубинками, металлическими прутьями и прикладами, электрический шок, удушение, когда заключенному надевали на голову противогаз и перекрывали кислород или надевали на голову пластиковый пакет, прижигание сигарет и вырывание ногтей».
Едем смотреть ИВС при ГОВД города Джалал-Абад. Несмотря на то, что хороших ИВС не бывает, после ошского ИВС Джалал-Абадский производит более приятное впечатление. Людей там в два раза больше, чем в Оше: 64 человека на 10 камер. Согласно спискам, большую часть задержанных составляют киргизы. В коридоре ИВС, который тоже находится в подвальном помещении, светло, работают вентиляторы. В камерах чисто, постелены коврики. У задержанных жалоба одна - душно, дышать нечем (в конце мая на юге Киргизии выше 30 градусов). Главное отличие от ИВС Оша - в Джалал-Абаде нет унитазов в камерах. Нужду задержанные вынуждены справлять два раза в день, когда их выводят на прогулку. Или в ведро, которое стоит в камере.

Далее посещаем РОВД Базар-Коргонского района. ИВС при этом РОВД знаменито тем, что именно здесь находился известный правозащитник Азимжан Аскаров. Начальник РОВД Эрнист Молдокеев рассказал, что по июньским событиям заведено 434 уголовных дела, из них по факту поджога – 312 фактов, угона – 44, краж - 51. 23 преступления было раскрыто. По статье «Участие в массовых беспорядках» было задержано только 11 человек (8 узбеков, 3 киргиза), из них 8 проходили по делу Аскарова.

Милиционер отрицал применение пыток к задержанным. Тогда журналисты поинтересовались делом Азимжана Аскарова, который неоднократно заявлял о фактах жестокого обращения с ним. Вначале Молдокеев сказал, что ничего про это не знает, так как только в июле заступил на свою должность. Журналисты напомнили ему, что в его ИВС Аскаров как раз и содержался с июня по сентябрь. Подумав, Молдокеев отказался комментировать факты пыток по отношению к Аскарову.

Проходим в ИВС. 5 камер на 26 человек, из них одна отремонтирована и пустует: стены выбелены, пол покрашен. Эту камеру с гордостью показали журналистам. Кроватей нет, задержанные спят на топчане (топчан, один на всю камеру, представляет собой деревянное возвышение около 15 сантиметров над полом).


Стенд возле Базар-Коргонского РОВД. Фото ИА «Фергана»

На улице стенд с фотографиями разыскиваемых. Среди нескольких десятков лиц любой может узнать экс-президента страны Курманбека Бакиева, его сына и братьев, Оксану Малеваную и даже уже найденных Нурлана Турсункулова и Каныбека Жороева (два последних в ноябре не явились на судебный процесс по 7 апреля и были объявлены в розыск, однако в мае 2011 года вернулись).


ОВД Токтогульского района. Фото ИА «Фергана»

На третий день журналисты отправились в Токтогульский район Джалал-Абадской области. Заместитель начальника местного РОВД Жылдызбек Усенов признал, что в районе высокая преступность, поэтому и ИВС заполнен - 30 человек на 4 камеры. Основная масса преступлений – скотокрадство (основной заработок жителей Токтогула - скотоводство), далее идет изготовление и распространение наркотиков (жители Токтогула выращивают коноплю). Милиционеры ожидают рост преступности к концу июля, когда конопля созреет. Токтогульский район - на окраине области, июньские события его не затронули, и по июньским беспорядкам тут никто не сидит.


Конопля на трассе Бишкек-Ош. Фото ИА «Фергана»

В ИВС нас пустили, вот только увидеть мы ничего не смогли, света не было. Как обходятся без света задержанные и чем занимаются, охрану не сильно беспокоило.

* * *

Содержать задержанного в ИВС можно не более 10 суток (на 2 дня задерживает следователь и еще на 8 – по постановлению суда), далее его должны переводить в СИЗО (следственный изолятор). В осмотренных нами ИВС люди сидели до полугода (а по данным правозащитников есть и те, кто сидел год и больше). При этом правоохранители были уверены, что это не нарушение - они уверены, что долгое заключение в ИВС совершенно законно.

Подтвердились данные о невыносимых условиях содержания в ИВС: Невыносимые условия содержания: спертый воздух, теснота (в камере примерно три на пять метров может находиться и по 10 человек), отсутствие унитазов и кроватей. Беглый осмотр ИВС показал, что эти изоляторы не только не предназначены для длительного содержания задержанных, там тяжело находится и положенные 10 суток. Ни один из опрошенных задержанных не знает своих прав.

Отметим, что еще в интервью «Фергане» от 14 января 2011 года руководитель ОФ «Голос Свободы» Сардар Багишбеков подчеркнул, что «даже статистика правозащитников ни чем не говорит и реальной картины не отражает. По данным 2010 года, органами прокуратуры было проведено 120 проверок изоляторов временного содержания (ИВС), потому что, по данным правозащитников, чаще всего пытки происходят именно в ИВС. По результатам этих проверок было возбуждено только 4 уголовных дела, наложено 19 дисциплинарных взысканий: это могут быть выговоры, - и было сделано 5 представлений прокурора. Итоги четырех возбужденных уголовных дел нам пока неизвестны.

Более того, - продолжал Багишбеков, - июньские события взорвали ситуацию с пытками и полностью развязали руки сотрудникам милиции, ГКНБ. Мы даже слышали о фактах применения пыток со стороны налоговой полиции. А социальная поддержка на юге как отсутствовала, так и отсутствует: многие уверены, что если пытки совершаются в отношении, например, узбеков, - то это нормально. Сформировалось именно такое отношение к пыткам сегодня».

Однако журналистам показали ИВС «с парадной стороны». И пока милиция отрицает очевидное, считает слухами применение пыток, а в разговорах о предвзятости в расследовании уголовных дел видит только очернение милиции, складывается ощущение полной безнадежности…

Екатерина Иващенко

Международное информационное агентство «Фергана»