25 Март 2019



Новости Центральной Азии

Узбекистан: Своеобразие текущего момента

«Время разбрасывать камни, и время собирать камни…»

Давайте на минуту гипотетически представим себе следующую ситуацию: одним прекрасным днём в Самарканде объявлена дата предстоящих выборов нового областного хокима.

И сразу же умные политологи, все, от мала до велика, начинают публичное обсуждение проблемы: какой из местных «кланов» победит в гонке, у которого из них больше, чем у других, шансов на выигрыш. Одни самоуверенно считают, что вверх возьмут представители объединённой «команды» Булунгура и Джамбая, другие же, наоборот, с пеной у рта доказывают, что Нарпайский «клан» никому не уступит и посадит на самаркандский трон своего представителя…

«Какая чепуха!» – скажете вы и будете трижды правы. Как бы ни так! Кого «на область» из Ташкента назначат/пришлют, вот за того местное население дружно и проголосует. Точка.

Тогда почему же отдельные российские политические обозреватели без устали и на протяжении всех последних лет твердят нам о том, что, якобы, в ближайшее время «в схватке за пост президента Узбекистана сойдутся лидеры ведущих кланов», в первую очередь самаркандско-бухарского и ташкентского. И грянет, типа, великий бой!

«…Остап долго еще взмахивал руками и бормотал: - Знатоки! Убивать надо таких знатоков!»

Да, действительно, довольно-таки давно, ещё в приснопамятные хрущёвские и брежневские времена, в «солнечной республике» имело место политическое соперничество отдельных местнических групп партийных функционеров, отголоски которого доносятся и до наших дней. При этом само их соперничество заключалось в том, чтобы как можно эффективнее «наябедничать» в Москву на своего соседа и тем самым отхватить приличную толику государственной власти.

Однако канули в лету те золотые деньки, когда всё решалось так просто и быстро. Ислам Каримов за пару с лишним десятилетий своего правления создал в стране развитое клептократическое общество, в котором такие позднефеодальные объединения, как местнические кланы, практически утратили прежнее влияние на формирование властных структур. Если что-то и сохранилось, то лишь на самом низу, в структурах районного подчинения.

Ныне же всё решает наличие у претендента на высшие государственные посты (причём посты только «второго эшелона») значительного административного ресурса или же несметных денежных средств, при этом оба эти выражения размеров потенциальных возможностей кандидата - «ресурс» и «деньги» - взаимно конвертируются.

Это как в математике, когда прямая теорема равна обратной. «У кого денег больше, тот и бай». Или: «если ты бай, то у тебя и денег много». Сие есть «модус вивенди» всей этой узбекской, прости господи, «элиты».

Конечно, у нынешнего узбекского премьера Шавката Мирзияева очень много денег, и административный ресурс у него тоже отнюдь не малый. Но значит ли это, что ему в перспективе на данном основании уже сама собой обеспеченна президентская должность? Нет, нет и ещё раз нет!

Обратимся к прошлому примеру. Может ли какой-нибудь «денежный мешок и шишка» из Каттакургана запросто претендовать на место хокима (главы администрации) Самаркандской области без согласия на то видных ташкентских чиновников?

Административный ресурс у Мирзияева, действительно, большой, но только можно ли его сравнивать с соответствующими ресурсами американского Госдепа, российского ФСБ или Коммунистической партии Китая? Не этим ли структурам, давно ведущим бескомпромиссную борьбу на «шахматной доске» Центральноазиатского региона, предстоит в самом ближайшем будущем решать судьбу наместника на узбекском престоле? Средства для такого элементарны, они уже давно опробованы: массовые подкупы и угрозы.

Здесь будет уместно напомнить, что именно российская ФСБ в своё время приложила максимум небезуспешных усилий, проталкивая Виктора Януковича на пост президента Украины...

Ясно, что никому из вышеназванных государств-игроков не нужна дестабилизация в этой части континента, потому кандидатура будущего президента Узбекистана, да и любой другой республики, в перспективе должна определённым образом удовлетворять чаяниям и русских, и американцев, и китайцев, причём кого-то из них, естественно, в большей степени.

Последний саммит ШОС, прошедший на днях в Душанбе, наглядно продемонстрировал, что «предпочтения» Китая и России уже практически определились и стали вполне зримыми. Карты раскрылись и легли на стол рубашками вниз.

Киргизия высветилась как абсолютная вотчина России, а скромная до сей поры Туркмения, хотя она на саммите и пребывала, как говорится, «с боку припёку», уже открыто и без тени смущения отдалась мужественному Китаю.

Зато соперничество за руку таджикской невесты идёт полным ходом. Пока Владимир Путин обещает сей горной красавице «сладкие пряники» (6,7 миллиона долларов на «народные нужды»), китайский лидер Си Цзиньпин бережно сжимая ладошку, уже по красной дорожке повёл её к себе в опочивальню.

А как же быть Узбекистану, «под кем» же ему теперь прикажут пребывать? Вот это и пытался выяснить Ислам Каримов у Владимира Путина на их получасовом рандеву во время душанбинского саммита. При этом узбекский президент нещадно лебезил и беззастенчиво заискивал перед российским, да так, что за него аж стыдно становилось.

- Я пребываю в прострации, Владимир Владимирович! Я потерял всякие ориентиры! Объясните мне, пожалуйста, кто теперь…

Ах, я сердечно благодарю Вас за то, что выкроили мне полчаса из своего драгоценного времени…

Так барышня с панели, внезапно оставшаяся «не при делах», в слезах и на грани истерики пытается выяснить, кто ж теперь за ней будет «присматривать» на улице.

Ничего не ответил Путин, никак не «маякнул» он своему старшему коллеге, только хвостиком махнул, как та золотая рыбка. Да и какой ему резон сейчас выкладывать перед Каримовым все карты на стол? Мавр сделал своё дело, мавр должен уйти…

Куда уйти? На покой пинком или в небытие? Вот этот вопрос сейчас наверняка где-то и решается на самом, так сказать, «межгосударственном» уровне. Ясно одно – «досидеть» Исламу Абдуганиевичу, конечно же, милостиво позволят, но «пересидеть» - ни в коем разе!

Теперь имеет смысл поговорить о затянувшемся затворничестве президентской дочери Гульнары Каримовой, сам факт которого до сих пор продолжает оставаться одним из самых экзотических блюд на узбекской политической кухне. Время от времени в печати появляются всё новые и новые версии происходящего («Poor, poor Gulnara»), одна сентиментальней и жалостней другой.

Так вот, у военных есть железное правило: никогда не приписывай противнику заумных ухищрений, наиболее вероятными всегда являются его простейшие действия.

Так и в нашем случае. Не стоит предполагать, что раздор в президентской семейке достоин пера Шекспира, скорее всего, все происходит на уровне индийской киномелодрамы.

…Жестокая мамаша посылает к дочери и к своей любимой внучке милицейский спецназ. Свинтите их жёстко!

Старый добренький папаша, подавшись наветам другой дочки (плохой), отдаёт старшую в лапы местной охранки, а внуку не позволяет вернуться на родину...

Глава тайной полиции в своих мрачных казематах лелеет коварные замыслы...

Король Лир, Гонерилья и Регана в одном флаконе.

Не проще ли предположить, что нашей Гульнаре («нашему рыжему»), как уже было когда-то сказано, просто и специально «делают биографию» правозащитницы и бессребреницы?

Что мы имеем в качестве информации к размышлению?

Младшую дочь Каримова, Лолу, можно уже считать надёжно по жизни устроенной. Всё есть у неё: виллы, дворцы, капитал, муж и дети. А у Гульнарочки? Шиш да кумыш?! Самое страшное заключается в том, что она же фактически «невыездная». При первой попытке пересечь границу ЕС или государств Северной Америки, Гуля, бывшая супер-кутюрье, будет немедленно арестована и передана в руки местного правосудия за все свои прошлые лихие делишки. В Узбекистане же Гугуша может оставаться ровно до тех пор, пока её достопочтенный папаша пребывает у власти. На следующий же день после его «ухода» (по естественным ли причинам, либо в связи с бегством), старшая дочь рискует познать на себе все прелести «народного гнева». Могут и «каддафировать». Что же делать?

Самым простым представляется – разыграть спектакль.

- Ах, это я, бедная и красивая Гуля, со своей всем известной любовью к справедливости и врождённой честностью, восстала против отца-тирана, сестры-наркоманки, матери-злодейки, а так же против жестокого изверга, раиса СНБ Иноятова и иже с ними.

О, Боже! Да что же это такое творится?! Оказывается, что узбекские чекисты, которых непрестанно науськивает Гугушина родня, затыкают бедняжке рот, не позволяют ей изобличать преступный режим в своём «Твиттере»!

Кстати, в «Твиттере» Гульнара основательно перегнула палку, переиграла, так сказать. Слишком рьяно и убедительно принялась обличать пороки узбекского общества и его главных адептов. Потому и прикрыли данное словоблудие.

…Теперь же только время от времени в зарубежной прессе появляются отдельные заметки о страстях по Гульнаре, чтобы народ, так сказать, о ней не забывал.

Почему я так уверен в правдивости данной версии? По нескольким причинам.

Во-первых, она, эта версия, самая простая, а потому самая правдоподобная. Роли всех участников разыгрываемого перед девственным узбекским обществом спектакля по-своему выпуклы и полностью соответствуют амплуа главных героев. Если «злодейка» - то настоящая, пробу ставить некуда; если злодей - то натуральный мучитель-изверг.

Во-вторых, подозреваю, что Гугуша в своём заточении натурально кайфует да в ус не дует, живёт себе припеваючи. Бывшая пламенная оппозиционерка, в «Твиттере» под своим именем, а так же под псевдонимом «Маркус Аврелий», она плавно переместилась на новую «секретную» страницу в «Фейсбуке», где тихо и мирно публикует свои аккуратные посты, напрочь лишённые прежнего фрондёрства, да и «никнейм» у неё теперь другой.

Выдает идентичность авторства уже сам «оригинальный» стиль заметок, характерные словосочетания и манера выражаться.

Рассуждает Гуля теперь больше о музыке, о модных певцах, о вреде наркотиков, о судьбах некоторых исторических личностей. Чаще пишет на английском языке, причём не всегда в ладу с грамматикой. В общем, ведёт себя так, как и подобает молодой женщине, волею судьбы заброшенной в сельское захолустье и временно лишённой возможности вращаться в светской тусовке.

Такие вот «тайны мадридского двора»…

В заключение хочу пожаловаться читателям на то, что за последнее время практически полностью утратил прежний интерес к проблемам узбекского общества, ко всем множественным перипетиям тамошней жизни. Все некогда в словесных баталиях «переломанные копья» сегодня из моего заграничного «далёка» представляются мне, увы, лишь суетой сует и ловлей ветра.

Вот потому-то я и выражаю свою искреннюю надежду на то, что урожай хлопка-сырца в этом году будет собран до последней коробочки с каждого гектара. Также остаюсь уверенным в том, что предстоящий осенне-зимний сезон в республике пройдет без каких-либо серьёзных проблем, связанных с отсутствием у граждан в домах тепла, газа, электричества, холодной и горячей воды.

Ядгор Норбутаев