23 Февраль 2020




Новости Центральной Азии

Спецпредставитель президента России: Москва имеет информационный канал связи с талибами. Комментарий эксперта

Россия имеет канал связи с талибами для передачи информации, когда Москве это необходимо, сообщил 26 октября РИА Новости спецпредставитель президента России по Афганистану, директор Второго департамента Азии МИД Замир Кабулов.

Ранее в понедельник американское издание Daily Beast сообщило со ссылкой на неназванного представителя военного руководства талибов, что движение «Талибан» не исключает возможности сотрудничества с Россией «в зависимости от развития сценария на Ближнем Востоке», учитывая нынешние действия США и угрозу со стороны так называемого «Исламского государства» («Исламское государство Ирака и Леванта», ИГИЛ, ИГ, ISIS или IS англ., Daesh араб.)«Исламского государства».

«У нас есть канал связи с талибам, когда мы хотим что-то им передать, а что имеет «Дейли бист» в виду, я не знаю… Канал связи есть», - сказал Кабулов. При этом дипломат не стал раскрывать какие-либо подробности контактов российского руководства с движением «Талибан». Ранее Кабулов говорил, что талибы, которые в последнее десятилетие позиционируют себя как национальное афганское движение, отошли от прежних лозунгов глобального джихада, а часть среднего звена их полевых командиров не приемлет жесткие салафитские установки ИГИЛ.

В то же время президент Афганистана Ашраф Гани обратился к России с просьбой о поставках артиллерии, стрелкового оружия и вертолетов Ми-35, переводит «Медуза» публикацию в The Wall Street Journal. Обратиться к России, говорится в статье, власти Афганистана решили из-за того, что США и их союзники по международной коалиции значительно сократили свое военное присутствие в этой стране и урезали финансовую помощь. Издание отмечает, что это решение также говорит об озабоченности Москвы ухудшением ситуации в Афганистане, которое может дестабилизировать страны Центральной Азии и приблизить угрозу исламского экстремизма к российской границе.

Посол России в Кабуле Александр Мантыцкий заявил, что Россия предоставит Афганистану помощь, подчеркнув, что отправка российских военных в эту страну исключена. Еще ранее, девятого октября, Замир Кабулов сообщил, что Россия уже помогает Афганистану укреплять правительственные силы посредством подготовки военных кадров и поставки боеприпасов, а в октябре планируется подписать контракт на поставку нескольких ударных вертолетов Ми-35.

А 15 октября президент США Барак Обама заявил, что США сохранят военное присутствие в Афганистане и после 2016 года из-за слабости афганской армии и продолжающегося военного противостояния с талибами.

О том, что дают Москве «информационные» контакты с талибами, и в какой плоскости они могут развиваться, рассказал «Фергане» политолог, эксперт Центра изучения современного Афганистана Андрей Серенко:

Андрей Серенко
- Каналы связи между Москвой и афганскими талибами существуют давно. И можно не сомневаться, что таких каналов несколько, они позволяют при необходимости организовать обмен сообщениями, как с политическим офисом Талибана в Катаре, так и с талибами, находящимися «в поле», действующими в Афганистане и Пакистане. В налаживании, как минимум, одного из каналов связи с «Талибан» россиянам помогали люди из близкого окружения Хамида Карзая. Кстати, с Карзаем самые тесные отношения поддерживал главный архитектор политики России на афганском направлении Замир Кабулов. Около года назад Россия воспользовалась одним из каналов связи с талибами, успешно освободив попавшего в плен к боевикам российского летчика Панченко. То, что его освобождение было не слишком быстрым, связано с особенностями террористических групп, в плену у которых оказался Панченко после вынужденной посадки своего вертолета в провинции Логар. Тем не менее, в конечном итоге летчик, вынужденно попутешествовав по приграничным территориям Афганистана и Пакистана, вернулся в Москву.

Контакты российских представителей с талибами происходили и в самой Москве. Например, несколько лет назад на международную конференцию в столицу России были приглашены афганские политики, известные своей причастностью к группе «умеренных талибов». Тогда контакты с политическими функционерами движения осуществлялись через персонажи, близкие к ФСКН (Федеральная служба по контролю за наркотиками. – Прим. «Ферганы»). Собственные каналы связи с Талибаном есть не только у России, но и у США, Великобритании, Германии, Китая, Турции и ряда других стран. Поддержкой контактов с американцами и представителями других западных стран, например, долгое время занимался мулла Таиб Ага, близкий родственник основателя движения «Талибан» муллы Мухаммада Омара. До недавнего времени он занимал пост руководителя катарского офиса «Талибан». Я не сомневаюсь, что и с некоторыми влиятельными деятелями «Исламского государства» Россия также имеет собственные каналы связи, прежде всего, через чеченских посредников. Просто еще не пришло время признать их наличие.

Наличие коммуникационных каналов с талибами или иными схожими с ними структурами отнюдь не означает их поддержки со стороны России. Для Москвы стратегической задачей является обеспечение безопасности Центральной Азии – региона, который Кремль хотел бы включить в свой Евразийский союз. Афганская политика России носит в этом смысле исключительно вспомогательный характер, ее целью является не российская экспансия в Афганистан, Пакистан и Индию, а умиротворение Северного Афганистана, откуда могут исходить угрозы безопасности СНГ – сегодня это, прежде всего, «Исламское государство» и союзные ему террористические группы. Отсюда и стремление Москвы иметь каналы связи не только с официальным Кабулом, но и с талибами. Афганские реалии таковы, что нейтрализовать угрозы постсоветским республикам из региона Северного Афганистана можно, лишь задействовав возможности армии и МВД Афганистана, местных полевых командиров и талибов. Безусловно, это очень сложная задача, однако, альтернативы ее решению у Москвы нет.

России в 2016 году придется более активно участвовать в укреплении афганской армии и полиции, бороться с наркобизнесом – как основным источником финансирования террористических групп в регионе, помогать местным отрядам самообороны в провинциях Бадахшан, Кундуз, Балх, Тахар, Джаузджан, Фарьяб, а также, возможно, искать общий язык с группировками талибов в Северном Афганистане, готовыми начать борьбу с боевиками «Исламского государства». Вне зависимости от того, удастся ли талибам и представителям России договориться о «пунктирном сотрудничестве» в Северном Афганистане или нет, Москва неизменно будет считать своим главным партнером официальный Кабул.

Международное информационное агентство «Фергана»






РЕКЛАМА