6 Август 2020



Новости Центральной Азии

Шахрисабз: один день на родине Темура

22.01.2004 00:00 msk, Андрей Кудряшов

История

Шахрисабз - один из древнейших городов Узбекистана, родина Амира Темура - обладает свойством очаровывать еще издали. Когда ночью с горного перевала Тахта-карача видишь внизу разноцветную россыпь его огней, возникает невольное ощущение, что стоишь на пороге восточной сказки. И первое утреннее впечатление тоже сказочное.

С балкона отеля на фоне снежных вершин и неистово синего неба видны совершенные купола его великолепных дворцов, мечетей и мавзолеев. На центральной площади города с рассвета гремят бубны и медные трубы - карнаи, сурнаи. Толпится народ в пестрых одеждах. Это свадебные процессии совершают ритуальный обход вокруг развалин дворца Ак-сарай, который Темур построил на голом поле в 1379 году, согнав 50 тысяч плененных им зодчих и мастеров со всех концов своей фантастической империи: из Хорезма, Ирана, Ирака и Северной Индии. По замыслу грозного владыки сооружение должно было стать непревзойденным по своему величию. Таким оно и было. Сохранившаяся до наших дней часть пилонов и монументальной арки поражает размерами - высотой с 18-этажный дом и шириной около 20 метров.

Более поздний властитель, бухарский эмир Абдулла-хан второй, в 1570 году желая стереть память о своем знаменитом предшественнике, как не старался, не смог уничтожить дворец до конца. Спустя три века красноармейцы, установив на вершине Ак-сарая два пулемета, поливали свинцом войска местного курбаши.

Теперь дворец отреставрирован, насколько это возможно. Туристы поднимаются на его сорокаметровую высоту по винтовым лестницам, чтобы с балкона оглядывать остальные достопримечательности: величественный Мавзолей Джахангира, комплекс мечетей Хазрати-Имам и построенную Улугбеком по собственному проекту грандиозную мечеть Кокгумбаз, чей купол диаметром 46 метров превосходит даже самаркандский Биби-Ханым.

Город продолжает брать в плен мечты и неги, запутывая в лабиринте одноэтажных улиц, чья архитектура недавних времен повторяет стиль исторических памятников - тот особенный стиль старинной городской жизни, присущий еще Самарканду, Хиве, Бухаре. Но здесь даже спокойнее, медоточивее. Особенно зимой, когда нет наплыва туристов и царствует, обволакивая, умиротворяющая неспешность.

- Хорошее место для отдыха, - сказал мне чайханщик с лукавой улыбкой.

- А для жизни?

- Э-э... - откликнулся многозначительным междометием, которое на востоке может означать все, что угодно.

"Все, что угодно". Современная жизнь тут не хуже, но и немногим лучше, чем повсюду в узбекистанской глубинке. Средняя зарплата - 20-30 тысяч сумов (20-30$). Цены - чуть ниже чем в Ташкенте. Население занято в основном сельским хозяйством: помидоры, огурцы, фрукты. Консервная фабрика производит соленья и томатную пасту. Отличное вино. Есть еще мебельное производство. В окрестных предгорьях добывают гравий. Не густо, в общем, но и не пусто.

Многие, в поисках лучшей, более обеспеченной жизни отправляются на заработки за границу - в Россию или Южную Корею. От водителей такси я узнал, например, что в кишлаке Мираки более 50 процентов взрослых мужчин уехали работать в Якутию.

Русских же здесь почти не осталось. Тебя с трудом понимают на улице, хотя, удивительно, если кто заговорит, то очень чисто, почти без акцента.

Горожане приветливы, гостеприимны, улыбчивы. В их характере благодушие сочетается с прирожденным достоинством. Даже восточный базар не кипит особенными страстями. Здесь все пропитано духом истории.

Традиционный шахрисабзский орнамент, украшающий стены Ак-сарая, любовно повторяется в, сплетенных из узелков, узорах ковров современной работы. Тот же, не умирающий в веках, ритм линий и геометрических фигур вышивают иглы искусных мастериц на красочных тюбетейках. Само здание действующего торгового центра «Чорсу» было построено еще в XV веке. Но до сих пор в нем идет несуетная торговля. Четыре широких входа указывают на четыре стороны света. Чорсу - значит четыре потока. Не водных, а людских, столетие за столетием проходящих под его древними сводами из жженого кирпича.

Вокруг ослепительное сияние снежных хребтов. Где-то там, среди Гиссарских ущелий и круч, согласно легенде, прятал в огромной пещере отряд в 50 сабель будущий завоеватель Азии, молодой бунтовщик Темур.

Ветер пахнет весной в январе. Солнце тонет на западе в золотистом мареве над силуэтами карагачей. Город, столичный и яркий при свете дня, вечером погружается в провинциальную темноту, дремоту. Видит сны о своем легендарном прошлом.

Андрей Кудряшов, Шахрисабз-Ташкент