22 Март 2019



Новости Центральной Азии

Узбеки в Америке: «хотим вернуться на родину, когда там что-то изменится»

06.07.2005 08:12 msk, Самандар

Миграция 

Мало кто знает точную цифру уехавших из Узбекистана за последние пятнадцать лет. Никаких статистических данных я об этом пока не встречал. Но известно, что больше всего граждане Узбекистана стремятся уехать в США, Южную Корею, Россию и Объединенные Арабские Эмираты.

Узбеков и выходцев из Узбекистана, живущих в США, можно условно разделить на две группы: это "старые узбеки", большинство из которых - афганские узбеки, которые перебрались за океан еще в 30-е годы, и - "новые узбеки", приехавшие в Америку после объявления распада СССР. Основная масса тех и других проживает в восточной части США - в штатах Флорида, Теннеси, Виржиния, Пенсильвания, Нью-Джерси, Мичиган и в городе Балтимор. Многие хорошо знают друг друга и регулярно поддерживают связь, перезваниваясь в выходные, когда разговоры по сотовому телефону из штата в штат бесплатные. И все новости о более-менее значимых событиях, касающихся жизни узбеков в Америке и на родине, быстро передаются по телефону.

Около семидесяти процентов "новых узбеков" проживают в США нелегально, так как срок их американских виз давно истек. Большинство из них въезжали в США по туристической визе типа Б1/Б2 и заполняли форму I-94, которую здесь еще называют "белой карточкой". Это основной документ, регламентирующий пребывание иностранца в стране. Заполняется он пограничной службой, которая решает, сколько времени вы имеете право официально здесь находиться. По истечении срока действия "белой карточки" каждый ее владелец автоматически переходит в категорию нелегалов и в случае выезда из страны может быть лишен права повторного въезда в нее сроком до десяти лет. Сейчас эти правила пересматриваются, потому что INS (Управление по делам гражданства и иммиграции США) перешло в ведомство Homeland Security.

Многие из приехавших в США узбеков находят разные пути, чтобы легализоваться. И как вы думаете, большинство действует? Женятся и выходят замуж. А точнее - вступают в фиктивный брак. Находят себе американок (большинство из которых смело можно называть "бабулями"), женятся и спустя какое-то время получают "green card" - право на постоянное проживание.

Говорит молодой узбек, проживающий в штате Нью-Джерси:

- Приехал я сюда три года назад. Работаю в магазине. Срок действия визы уже истек. Возвратиться назад не могу, так как обратно не впустят. И что мне делать тогда? Ведь я единственный кормилец всей семьи, оставшейся на родине. Двоих сестер замуж выдал, стал отцом, только вот уехать пришлось до рождения дочери, чтобы визу не просрочить. Постепенно нанял себе адвоката и попросил его помочь мне легализоваться. Год назад он нашел мне жену в штате Огайо, и мы с ней заключили фиктивный брак. Ей 52 года, мне 25. Это стоило мне не малых денег: $8000 надо выплатить адвокату за оформление всех нужных для этого документов и за поиск подходящей кандидатуры. А что же делать? Пришлось это все провернуть для того, что бы потом не было проблем с въездом-выездом в Америку...

По соседству со штатом Нью-Джерси находится штат Нью-Йорк с одноименным городом-Нью-Йорк - одним из самых крупных мегаполисов. Как обойти их вниманием, ведь этот штат является домом для представителей разных религиозных конфессий и этносов. Каждый бывший советский человек знает, что такое Брайтон Бич [Brighton Beach]. Быть в Нью-Йорке и не посетить это легендарное место было бы непростительным упущением. До Брайтона можно добраться на метро по ветке Q.

Центральной частью Брайтон бич является Брайтон Бич авеню [Brighton Beach avenue]. Это улица, идущая параллельно побережью, на которой расположены все ключевые объекты "Маленькой Одессы" (как этот район называют американцы) - магазины, закусочные-рестораны, концертный зал Милленниум [Millennium] и прочие объекты с вывесками на русском языке. Над большей частью Брайтон Бич авеню проходит ветка метро, по которой периодически с шумом проходят поезда. Пожалуй, по духу Брайтон Бич - это семидесятые-восьмидесятые года советской эпохи, перенесённые в Америку. Дух этот чувствуется по манере людей одеваться, разговаривать, по вывескам на зданиях и оформлению магазинов.

Для того, что бы прогуливаться по Брайтон Бич, совсем не обязательно говорить по-английски. Ведь у живущих в этом районе основным языком общения остается русский. За последние пятнадцать лет на Брайтоне успели поселиться и бывшие граждане стран СНГ. Мой следующий собеседник - Дильдара, работающая продавщицей в местной пиццерии:

- Так быстро время проходит... Я уже пять лет в США живу. До этого жила в Ташкенте. Была замужем и воспитывала двоих детей. Потом мы с мужем перестали понимать друг друга, и я развелась с ним. И, слава богу, что развелась. А то до сих пор сидела бы в бетонном доме и ничего бы не увидела в этой жизни. Приехав сюда, начала деньги зарабатывать. Купила квартиру по ипотеке, машину. Одним словом, встала на ноги.

- А домой не собираетесь наведаться? Ведь наверняка скучаете по Ташкенту?

- Честно говоря, не очень. Последнее время настолько разочаровалась в прошлом, что уже ничего не тянет туда, кроме близких. Там же кислороду не хватает. Кто там живет? Там живут и зарабатывают налоговики, прокуроры, менты и эсэнбэшники. Они уже замучили народ. Сколько можно этих подонков терпеть? Кто будет по Узбекистану скучать, когда там находятся такие волки? Если когда-нибудь изменится ситуация, то, может, и вернусь. А пока я себя здесь хорошо чувствую.

В ста метрах от пиццерии Дильдары в магазине сумок работает Дурдона. Она тоже из Ташкента. Перебралась в Нью-Йорк три года назад и вышла замуж:

- Тут давно живет мой дед. Он родом из Узбекистана, но долгое время жил в Урумчи. А позже переехал жить в Америку. Здесь у меня много родственников. Сестра недавно вышла замуж, а позже очередь дошла и до меня (улыбается). Сейчас вот живу недалеко от магазина, в котором работаю. Воспитываю дочку, которой исполнилось полтора года, а днем работаю.

Проголодавшись, я решил перекусить и зашел в кафе «Кашгар», которое мне посоветовали. Кашгар - это название города в Синьцзян-Уйгурском автономном районе западного Китая, граничащего с Киргизией и Узбекистаном, где проживают этнические узбеки и родственный этнос - уйгуры. На улице перед кафе расположен рекламный щит с надписью "узбекская кухня: Ош, Лагман, Манты, Самса, шашлык и прочее". Это уютное кафе всегда забито гостями до отказа. Внутри громко звучит песня Юлдуз Усмановой. Входишь сюда и как будто попадаешь на узбекскую свадьбу. Всех входящих встречают, как гостей, по узбекскому обычаю возглашая "келинь-келинь" («заходите-заходите»). Сделав заказ, я осмотрелся: почти все посетители - бывшие граждане СССР и СНГ. За соседним столиком о чем-то возбужденно спорит группа пьяных узбеков, матерясь через слово. Подошедшая официантка, узбечка лет сорока пяти, ставя передо мной чайник чая, шепотом говорит:

- Мне стыдно за наших мужиков. Слышите, как они себя ведут? Почти каждый день тут пьют. У них и жены есть, и дети, которые их ждут. А они тут сидят и пьют. Наверное, приехали зарабатывать деньги, чтобы семье помочь. А здесь заработанное на пьянство спускают. Надоели они мне. Позор! Только и умеют, что языком трепать.

Проведя около часа в кафе «Кашгар», я перемещаюсь на Манхеттен, чтобы прогуляться по вечернему Нью-Йорку. Вот Time Square, Rockefeller center. На Бродвее разговорился с парой ребят из Узбекистана, которые продают здесь картины:

- Студенты мы. Учимся тут. Учеба больших денег стоит. В кредит брали деньги на учебу. Теперь бы на учебники заработать денег. Тяжело.

Семь часов на автобусе из Нью-Йорка - и я в городе Питтсбург, штат Пенсильвания, где, как говорят, работает множество узбеков. И все трудятся на одну фирму, которую возглавляют поляки и евреи. Вообще Питтсбург - крупный торгово-финансовый центр США, один из важных центров тяжелой промышленности: черная и цветная металлургия, тяжелое машиностроение. Электротехническая, радиоэлектронная, станкоинструментальная, стеклянно-керамическая, химическая, полиграфическая, пищевая промышленность. Университеты, технологический институт Карнеги. Картинная галерея. Большинство узбеков, живущих здесь, уже многие годы работают в местных гостиницах в качестве обслуживающего персонала: посудомойщиков, прачек, housekeeper (горничных), уборщиков туалетов, одним словом - чернорабочих. Фирма, которая их наняла, обслуживает 16 отелей в Питсбурге и его окрестностях. Отели платят фирме $10 в час, фирма своим работникам платит $6-6,5 в час. В основном узбеки живут здесь в районе Green Tree, который они сами прозвали «махаллёй».

Куда тут не бросишь взгляд - обязательно увидишь узбека или представителя других центрально-азиатских республик. Снимают квартиру и живут в ней по пять-шесть человек - так выходит дешевле. Каждый платит за жилье примерно по $125 в месяц. Каждое утро в пять часов три микроавтобуса от фирмы развозят людей по гостиницам и отелям. При этом проезд они оплачивают из своего кармана ($1,5). Водители этих машин, в другое время развозящие гостей отелей, тоже из СНГ. Местные узбеки говорят, что в Питсбурге всегда можно найти дополнительные подработки.

Работают они в среднем по десять часов в сутки. Но есть и те, кто трудятся и по шестандцать часов к ряду. Причем, это совсем не молодые уже люди. Местом, где можно после основной работы остаться на подработку, является гостиница Radisson, которая расположена в районе Monroeville. Эту гостиницу мои собеседники называют «полицейской», а некоторые даже - «гестапо». Причиной этого является очень грубое, а порой и жестокое, обращение американского персонала с гастарбайтерами. Так каждый сотрудник гостиницы, как мне сказали, постоянно следит за любым шагом наемного работника, проверяя, соблюдает ли он установленные для персонала правила (запрещено на территории гостиницы говорить по мобильному телефону, выйти на улицу можно только в установленное время, и т.д.). Провинившегося могут тут же уволить. Сам американский персонал эти правила игнорирует, хотя они действуют и для него. Младший персонал называет эту гостиницу "зоной". Мне было обидно слышать, как мелкие менеджеры кухонь и складов вымещают свою злобу и раздражение громкой руганью на не понимающих английского языка гастарбайтерах.

- Американцы говорят о правах человека, их считают самыми демократичными людьми в мире. Но где эта демократия? Знаете, как они над нами издеваются? Какая-нибудь мелочь им не понравилась - и тебя тут же выгоняют. Не помню, когда я тут последний раз слышал слово "спасибо". Тут на кухне есть менеджер - Джим. Если бы вы только знали, какой он глупый и злобный, если бы вы только видели, как он относится к нам. У меня просто слов нет! На складе другой цербер - Кармела. Всегда считает, что права и даже не выслушает никогда. Еще меня поразило, что тут весь персонал друг за другом следит и сплетничает. Только и обсуждают друг друга. Даже противно об этом говорить, - сказал мне собеседник, пожелавший остаться инкогнито.

Девушка убирающая номера в гостинице, так же попросившая не называть ее имя, сказала мне:

- Все дни недели, кроме воскресенья, я начинаю работу в восемь утра. Мне надо успеть быстро убраться в 15-ти номерах. Клиенты обычно оставляют прислуге чаевые. Но эти деньги нам не достаются. Работница мини-бара Кристи, развозящая напитки по номерам перед нашей работой, обходит все освободившиеся номера и собирает наши чаевые себе. Я уже привыкла и смирилась с этим. Увы, я теперь знаю, кто такие американцы...

Рабочее время истекло. Кто-то остался на подработку в гостинице Radisson, кто-то поехал в другие отели. Узбекские гастарбайтеры возвращаются ночевать в съемные квартиры, где можно обсудить со своими прошедший день. Для кого-то он оказался неудачным, а кому-то принес дополнительный доход. Меня пригласили к себе поговорить две женщины (с виду им за пятьдесят). Живут они вдвоем в одной комнате: кухонька, две кровати, газеты на узбекском языке да маленький вентилятор - вот и все житье-бытье. Душный и жаркий вечер в Питтсбурге мало походит на такую родную узбекскую жару. Возможно, это и задает тон столь невеселому рассказу моих собеседниц:

- Мы приехали сюда не от хорошей жизни. Денег не хватало. Это самая главная причина приезда сюда. Разве бы мы уехали, если бы в Узбекистане можно было жить нормально? Посмотрите на нас, нам самое время сидеть дома и нянчить внуков, наслаждаясь жизнью. А приходится на чужбине заниматься черной работой.

- И что вы посоветуете другим: стоит ли ехать сюда? Ведь здесь сплошные трудности у вас? И относятся к вам почти как к рабам...

- (Долгая пауза) ...Что можно сказать... Наверное, приехать стоит. Здесь можно улучшить финансовое положение. Кто-то в результате сможет помочь получить своим детям хорошее образование, кто-то обеспечить нормальную жизнь семье... Вот говорят, что Узбекистан – «страна с великим будущим». Только я не знаю, где это "великое будущее"? Поэтому большинство узбекской молодежи стремится приехать сюда в надежде получить здесь образование и помочь своей стране в будущем.

Седеющий мой собеседник Камила - девушка живущая в "махалле" по соседству, в которой проживает в основном молодежь (поляки, казахи, узбеки, русские). Камила приехала в США два месяца назад. И теперь жалеет о своем приезде:

- Не стоит в Америку ехать работать. Лучше быть ничем, но у себя дома, чем у кого-то из "этих" работать. Лучше уж этой работой дома заниматься.

- Камила, а дома ты смогла бы хотя бы одну треть заработать от того, что здесь получаешь?

- Мужчина, если очень постарается, может найти работу... В общем, мне эта Америка и даром была не нужна... И я очень жалею, что приехала сюда. Я ведь жила там очень хорошо. Ни в чем у меня недостатка не было. Спрашивается, зачем я здесь?

К Камиле стали заходить соседи. И узнав, что я журналист, интересующийся жизнью эмигрантов, тут же вступили в беседу:

- Сейчас все выскажем! И про Узбекистан, и про Америку! Последнее время сильно увеличилось число людей, желающих уехать в Америку, но не всем удается получить американскую визу. И едут не только в Америку, но в другие страны.

- Вы ведь живете здесь "махалей", все вместе. Какие у вас отношения между собой?

- Живем нормально. В последнее время стали еще активнее общаться и дружить. Если бы не сплетни, которые все портят. Некоторые ребята стали тут верой интересоваться и намаз читать. Очень часто между собой хадисы обсуждаем и ищем, так сказать, правильный путь в жизни. И все бы хорошо, если бы не начали попрекать друг друга по поводу поведения. Ведь молиться или нет - решает каждый сам для себя. Зачем навязывать свое мнение и попрекать других? Вот я, например, живу с соседом узбеком. Он мне так надоел! Каждый день читает мне нотации, как он считает, духовного содержания. А однажды стал мне запрещать ночью ногти стричь. Какое это отношение имеет к богу? Даже здесь покоя нет... - жаловался парень из Казахстана.

- Ребята, в чем, по вашему мнению, разница между законами в Америке и в Узбекистане?

- Закон - он везде одинаковый. Если взять законы Узбекистана - они, в принципе, нормально разработаны. Но вопрос в том, кто живет по этим законам? В Америке же каждый гражданин прислушивается к закону. Если что-то не рекомендуется делать, то этого не делают. А почему этого нельзя в Узбекистане? Мне всегда так больно в душе делается, когда говорят, что хлопок и золото - богатство Узбекистана. Где это богатство? Кто его видит? Говорят: президент переживает за свой народ... Не могу сказать, что он задумывается о своей нации. Если бы он думал о своем народе, то все было бы по-другому. Вы думаете, что президент не знает, что про него говорят в народе? Он очень хорошо это знает. Почему его дочери достойны ездить в хороших машинах, круто одеваться и есть что пожелается, а простой народ не достоин этого?

- Часто ли вы читаете о ситуации в Узбекистане? Что можете сказать про события в Андижане?

- Газета Financial Times две недели дней подряд публиковала статьи об Андижанских событиях. В одном из номеров газеты была даже карикатура на Ислама Каримова с топором в руках. Говорят, что число погибших составляет 169 человек. Но мы думаем, что их было гораздо больше. Кстати, после того, как вся Америка узнала об Андижанских событиях, американцы начали нами интересоваться, расспрашивать о наших близких, не угрожает ли им какая-нибудь опасность.

Говорили мы еще очень долго и на разные темы. И у меня все больше складывалось впечатление, что где-то глубоко в душе каждый из говоривших хочет вернуться на родину. Но только тогда, когда все изменится. Когда президент уйдет в отставку, когда работники таможни перестанут заниматься вымогательством, гаишники поумнеют, а судьи станут честными. Но когда это настанет - никто из говорящих не брался предсказать. "...Может этого и вовсе никогда не произойдет?"

* * *

Из Америки специально для Фергана.ру корреспондент узбекской службы "Радио Свобода" Самандар. Имена некоторых респондентов были изменены по их просьбе. Некоторые просто отказывались называть себя из опасения за собственное благополучие.