20 Январь 2019



Новости Центральной Азии

Семь лет тюрьмы за борьбу со СПИДом. Как «съели» Максима Попова

27.04.2010 11:57 msk, Мария Яновская

Права человека Узбекистан

На фото: М.Попов (снимок предоставлен друзьями Максима)

В феврале 2010 года стало известно, что психолог и руководитель ННО «Изис» Максим Попов осужден на семь лет решением Чиланзарского районного суда Ташкента (Узбекистан). Как ни абсурдно это прозвучит, но новость эта стала хорошей вестью для его друзей и коллег – о судьбе Максима Попова никто ничего не знал почти целый год, предполагали худшее.

Максиму Попову в июле исполнится 28 лет. Он молодой человек, психолог, русский (если это важно), гражданин Узбекистана. С января 2009 года Максим Попов сидит в тюрьме за то, что некоммерческая организация «Изис», которую он возглавлял, занималась пропагандой профилактики ВИЧ/СПИДа и работала с наркоманами (настоящими и излечившимися) и ВИЧ-инфицированными. «Изис» появился в Узбекистане с 2003 года и работал при поддержке таких авторитетных международных организаций как ПРООН, ЮНЭЙДС, Глобальный фонд, ЮНИСЕФ, ЮСАИД, Всемирный банк и DFID.

Вместе с другими психологами, врачами, спортивными тренерами Максим Попов рассказывал молодым людям, как избежать инфекций, чем плохи наркотики, поддерживал тех, кто решил «завязать», и не отворачивался, находил слова поддержки для тех, кому поставили смертельный диагноз ВИЧ.

Иными словами, Максим Попов «занимался развращением» молодежи Узбекистана.

В январе 2009 года Максим Попов был задержан, а в июне 2009 года Чиланзарский районный суд города Ташкента приговорил его к семи годам лишения свободы в колонии общего режима. Кроме того, Максим Попов в течение двух лет после освобождения лишен права занимать должности, связанные с организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями. [ Полный текст приговора М.Попову доступен для скачивания в виде файла в формате M.Word (250Кб) здесь]

Вместе с Поповым были осуждены Татьяна Костюченко (получила год условно) и Данахан Эшенова (год условно), сотрудничавшие с «Изисом». Обвинения в адрес женщин так же абсурдны, как и те, что выдвинули против Попова. Но поскольку сел только Максим, то и говорить мы будем о нем и о политическом заказе, который заставил судебную систему Узбекистана уничтожить «Изис».

Один из главных пунктов обвинения. Книга, подорвавшая устои

Максим Попов договорился о распространении 200 экземпляров книги «Здоровый образ жизни. Пособие для учителей XXI века», изданной в Алма-Ате в 2003 году. Суд Чиланзарского района решил, что Попов взялся за эту просветительскую работу «с целью совершения развратных действий в отношении лиц, заведомо для него не достигших шестнадцати лет» и «умышленно распространял данные книги, в которых имеются тексты, обучающие несовершеннолетних сексуальным действиям, несут в себе пропаганду гомосексуализма и занятия проституцией, а также порнографические изображения среди молодежи, в том числе и среди несовершеннолетних в учебных заведениях Республики Узбекистан».

Книга, пережившая уже три переиздания, была признана подрывающей «духовно-нравственные устои в молодежной среде, пропагандирующей культы насилия, порнографию и жестокость». В этой книге, говорилось в экспертном заключении, «не были учтены национальные традиции, культура и обычаи народов, проживающих в Узбекистане, пропагандировались эротика и порнография, не были учтены психологические закономерности формирования представлений и убеждений о здоровом образе жизни у молодежи». Книга признавалась «в корне вредной» и клеветнической, поскольку в ней утверждалось, что такие явления как проституция и гомосексуализм встречаются среди молодежи Узбекистана.

А они, видимо, не встречаются. Ни-ко-гда.

Одна из брошюр, изданных М.Поповым
Одна из брошюр, изданных М.Поповым

И учить узбекскую молодежь пользоваться презервативами так же бессмысленно и опасно для собственной жизни, как объяснять тиграм преимущества вегетарианства.

Суд также постановил, что «распространение этой книги нанесет большой урон духовным ценностям народа Узбекистана, особенно в формировании мировоззрения подрастающего поколения и, в частности, в вопросах семьи и отношений между детьми и родителями».

В Узбекистане суд решает, что именно оскорбляет узбекский народ и наносит ущерб его духовным ценностям, а что – нет. Безработица, нищета, антисанитария, пещерный уровень медицины, массовые заражения детей в больницах СПИДом, отсутствие свободы слова, свободы совести и собраний, даже невозможность снять с пластиковой карточки заработанные деньги – все это, очевидно, не оскорбляет народ и не наносит ему никакого духовного ущерба, потому что мы не слышали о судебных процессах против представителей режима, ввергшего когда-то цивилизованную республику в архаику.

А психолог Максим Попов, который решил распространять просветительскую книжку, - оскорбил народ и подорвал его моральные устои. И фотограф-документалист Умида Ахмедова тоже оскорбила.

Нельзя бороться с наркоманией – ее ведь нет! Нельзя заниматься профилактикой болезней – их не существует! Нельзя фотографировать женщин с вениками… Недавно в Узбекистане за распространение порнографии закрыли медицинский сайт, на котором в разделах «гинекология» и «андрология» встречались медицинские названия половых органов. Видимо, у граждан Узбекистана этих органов нет…

Удивительно, что власти республики до сих пор не приказали разбить зеркала и закрыть школы. Меньше знаешь – лучше спишь…

Книга, за распространение которой сел Максим Попов, была издана в Казахстане в 2003 году, с тех пор трижды переиздавалась за счет таких международных организаций как ПРООН, ЮСАИД и использовалась в проектах по предотвращению СПИДа и наркомании, которые проводились такими организациями как РГУП, ЮНИСЕФ, PSI, Global Fond и другими. Абсурдно предположить, что все эти организации хотели «подорвать устои». В содержании книги нет ничего оскорбительного, в ней - информация, которую обязан знать каждый человек, заботящийся о здоровье своем и своих близких. Это не порно и не эротика, это пособие для учителей. Однако ни один представитель авторитетных международных организаций, которые используют книгу в своих программах, не был допрошен в качестве свидетеля на суде по делу Максима Попова.

«Фергана.Ру» тоже написала в ПРООН и ЮСАИД запросы, в которых мы попросили официально подтвердить, принимали ли эти организации участие в издании и переиздании книги «Здоровый образ жизни. Пособие для учителей ХХI века», и если да, то как бы они прокомментировали решение Чиланзарского суда Ташкента, признавшего книгу «не соответствующей требованиям законодательства Республики Узбекистан, поскольку большая часть информации, предлагаемая в книге, носит характер, не способствующий развитию самосознания подрастающего поколения в соответствии с положениями идеи национальной независимости, также имеет место пропаганда убеждений и поведения, не способствующих физическому и духовно-нравственному здоровью, что противоречит национальным традициям народа». Третьим вопросом, который интересовал «Фергану.Ру», было: «Намерена ли ваша организация предпринимать какие-либо шаги по защите прав осужденного Максима Попова?»

Ни ПРООН, ни ЮСАИД не удостоили нас даже формальным ответом.

Семь лет за потерянные майки

Пожалуй, стоит коротко остановиться на остальных пунктах обвинения, по которым молодой человек сел на семь лет.

Максима Попова обвинили в том, что часть денег, переведенных ему международной некоммерческой организацией Population Services International (PSI) для проведения социологического исследования, была им присвоена и расхищена. Речь шла о 2137 тысячах сумов. Деньги эти были выплачены в качестве материальной помощи самому Попову и еще трем участникам проекта, из этих денег были оплачены юридические услуги одной фирмы. На суде Попов объяснил, что все расходы устно обсуждались с руководителем проекта от PSI и что заказчик работ «не имеет претензий к Попову и полностью удовлетворен его работой и использованием средств». Кстати, представители PSI говорили о том же в интервью Uznews.net в 2010 году.

Но никто из представителей PSI не был вызван на суд в качестве свидетеля. Попов признан виновным. Вопрос, какое дело суду до того, как именно были потрачены деньги спонсора, если спонсор не предъявляет претензий и удовлетворен проделанной работой, - не стоял в принципе.

Далее. Попов как директор «Изис» подписал соглашение о выполнении работ с региональным представительством международного детского фонда ООН ЮНИСЕФ на 28.882.945 сумов, финансирование должно было идти в три приема. Попова обвинили в том, что первый денежный транш – 9.222.500 сумов - он и его бухгалтер получили наличными, затем составили фиктивные отчеты о том, как использовали эти деньги, а затем эти отчеты уничтожили (!). Обвинение строилось на том, что Контрольно-ревизионное управление (КРУ) по городу Ташкенту обнаружило, что эти наличные деньги не оприходованы по кассовому отчету «Изис» и не поступали на его расчетный счет.

Попов на суде объяснил, что первый транш из этих денег он, действительно, должен был, согласно договору, получить наличными, но отказался получать их: «Знакомые отсоветовали, сказали, что это незаконно». Второй транш уже был переведен на счет «Изис». Документов, которые бы доказывали, что Попов первый транш не получал, у него нет. Как, например, у нас нет документов, что мы не рыли тоннель от Бомбея до Лондона.

Спрашивать у представителей ЮНИСЕФ, давали ли они Попову наличные, суд не стал. О презумпции невиновности судья тоже, видимо, не слышал. И Попов, и его бухгалтер Татьяна Костюченко признаны виновными в присвоении и растрате этих «виртуальных наличных» от ЮНИСЕФ.

Попова и Костюченко обвинили и в неуплате налогов. IZIS заключил трехстороннее соглашение с Региональной группой управления проектом по контролю за СПИДом в Центральной Азии (РГУП) и Программой развития ООН (ПРООН). ПРООН по этому соглашению выделяла деньги, РГУП деньгами распоряжалась, а сотрудники «Изис» выполняли работы (за гонорар). Попова и Костюченко обвинили в том, что деньги, полученные сотрудниками, не были предварительно перечислены на счет «Изис» и не отразились в налоговом отчете, хотя в соглашении четко прописано, что «Изис» не является ни получателем, ни распорядителем денег.

Попов попытался объяснить суду, что участники проекта заключали соглашения напрямую с ПРООН, и что именно ПРООН, а не «Изис», платил людям деньги, - а значит, этих денег и не должно было быть на счетах «Изис», и все, что может потребовать в данном случае налоговая служба, - это уплаты подоходного налога каждым участником проекта. М.Попов признал, что получил за ту работу 3500 долларов (по 350 долларов в месяц) и готов уплатить налог.

Суд не обратил внимания на слова Попова. Не опросил грантодателей и участников проекта. Не приобщил к делу и не рассмотрел трехстороннее соглашение. Не учел особенности налогового законодательства, согласно которому общие налоги должен был платить офис ПРООН.

Неуплата Поповым подоходного налога – в случае, если он готов выплатить все, включая набежавшие пени, - не является уголовно-наказуемым деянием.

Но и по этому эпизоду Попов признан виновным.

Еще одно обвинение – в хищении 802 тысяч сумов, переведенных «Изис» от ЮНИСЕФ. Здесь тоже все шито белыми нитками. По тому же трехстороннему соглашению между ПРООН, РГУП и «Изис», организация М.Попова получала деньги на аренду офиса у некоей У.Мухамеджановой. С сентября по декабрь 2008 года за аренду ей было выплачено 8400 долларов. Но Контрольно-ревизионное управление обнаружило, что за тот же период за аренду того же офиса «Изис» брал у ЮНИСЕФ дополнительно по 200 долларов в месяц. Суд решил, что Попов эти деньги брал себе.

Попов объяснил, что муж Мухамеджановой внезапно увеличил арендную плату, и чтобы не потерять офис, Максим заключил с тем же арендодателем дополнительный договор на аренду. Заметим, что ни ПРООН, ни РГУП, ни ЮНИСЕФ не предъявляли претензий по поводу этих затрат, они, давно работающие в Узбекистане, знали, что внезапное увеличение арендной платы – дело житейское и почти обязательное.

Никого из спонсоров Попова, как и арендодателя, суд не допросил.

Виновен.

И вот, наконец, то единственное, в чем Максим Попов признал себя виновным (кроме неуплаты подоходного налога, но это по неведению). Максим Попов признал, что «по халатности» утратил «находящиеся в его ведении материальные ценности на общую сумму 193 тысячи сумов, а именно: презервативы в количестве 990 штук на сумму 47900 сумов, 24 майки на сумму 132 тысячи сумов, ваучеры в количестве 263 штуки на сумму 15100 сумов».

Суд решил, что Попов эти презервативы с майками похитил, хотя ни ПРООН, ни РГУП, ни ЮНИСЕФ не заявляли о недостаче и не предъявляли к Попову никаких претензий.

Сам Попов думает, что эти вещи стащили, а может, в учет вкралась ошибка, и в действительности пропажа не так велика. Но в любом случае, Попов заявил на суде, что уже погасил выявленную недостачу.

Напомним – семь лет колонии плюс два года поражения в правах.

Что происходит?

Заметим, что большинство проверок по делу Попова проводило Контрольно-ревизионное управление Министерства Финансов Узбекистана. По закону, КРУ может осуществлять мониторинг исполнения государственного бюджета, и с чего оно вдруг начало проверять затраты и счета частной, некоммерческой и неправительственной организации «Изис» - непонятно, из бюджета Узбекистана Попов и его сотрудники не получали ни копейки.

Кроме того, КРУ в принципе не может проверять частные предприятия, в отличие от налоговиков и органов санитарного, ветеринарного, пожарного и энергетического надзора. По чьему указанию КРУ заинтересовалось деятельностью «Изис», а результаты его странных и незаконных проверок стали основанием для обвинительного приговора?

«Фергана.Ру» опросила многих экспертов и наблюдателей, живущих в Узбекистане. И все как один сошлись в общем предположении: интерес к IZIS вызван живыми деньгами, которые поступали на его счета.

На борьбу со СПИДом в мире выделяются огромные деньги, которые идут по линиям Global Fund, UNODC, UNAID, UNDP и правительственных программ USAID, DFID, JAICA и других. Деньги, которые международные доноры перечисляют госчиновникам на борьбу со СПИДом, оседают где-то в недрах непрозрачных бюджетов государственных программ, официальные госструктуры слишком неповоротливы, забюрократизированы, а главное – коррупционны. Для реализации своих программ международным донорам требуется сотрудничество с такими мобильными и небольшими организациями как «Изис».

Но даже те небольшие поступления, на которые существовал «Изис» и которые шли мимо чиновников и мимо бюджета, дико раздражали, а в условиях тотального дефицита валюты и наличных и вовсе превратились в вызов государственной системе.

И Попова посадили.

Вторая причина, по которой «закрыли» Максима Попова, - общие гонения на ННО в Узбекистане. Многие ННО под нажимом властей были вынуждены прекратить свою работу, остались лишь те, у кого есть крепкие связи «наверху» и чьи счета и дела государство может тотально контролировать. Максим Попов, который не имел нужных связей, но был удачлив в получении грантов, наивно полагал, что раз он не делает ничего дурного, то его грантодатели смогут защитить «Изис». Не смогли. И даже не захотели попробовать.

Со стороны доноров вообще не было замечено никакого движения. Они не произнесли в защиту Попова даже пары общих фраз, мол, «обеспокоены», «надеемся на справедливый суд»… Они не помогли семье Попова ни юристами, ни деньгами, и его жена, по некоторым данным, была вынуждена продать квартиру, чтобы нанять адвоката, и теперь с трехлетней дочкой живет у родителей Максима.

Ну, и третья причина «закрытия» Попова - оскорбление узбекского народа, как и было сказано выше. Узбекской молодежи незачем знать, как не заразиться СПИДом, чем плохи наркотики и откуда берутся дети.

Сидим тихо и смотрим с обожанием?

С семьей Максима Попова идет торговля. Им обещают, что возможно, в октябре Максима переведут на поселение, а в 2011 году дадут условно-досрочное освобождение. Но за это семья Попова должна вести себя тихо, выказывать полную лояльность к вынесенному приговору и, конечно, придется «подмазать» УДО.

И родственники молчат, не желают разговаривать с журналистами и почему-то думают, что их не обманут. О торговле мы узнали из других источников, но поскольку платить за УДО или за выход по амнистии – обычная практика в Узбекистане, то нам история с требованием тишины и взятки кажется правдоподобной.

Как и то, что никто Максима Попова «выпускать» не собирается. Опыт показывает, что подобных «сидельцев» отпускают только в случае громкого международного резонанса.

Международному сообществу пора начинать задавать властям Узбекистана вопросы.

Мария Яновская

ПРИЛОЖЕНИЕ:

- Полный текст приговора М.Попову в формате M.Word (250Кб);

- «Ненавижу тупость и лесть…» Максим Попов, его друзья и враги;

- Интервью завотделом Республиканского СПИД-центра Алишера Мусабаева.