13 Декабрь 2018



Новости Центральной Азии

Свободные радикалы. Почему запрет «Демократического выбора Казахстана» возмутил даже противников Аблязова

15.03.2018 18:05 msk, Фергана

Казахстан Права человека Криминал

Мухтар Аблязов. Фото с личной страницы в Facebook

Есильский районный суд Астаны 13 марта признал незарегистрированное оппозиционное движение «Демократический выбор Казахстана» (ДВК) экстремистской организацией. На практике это означает, что любое участие в движении ДВК повлечет теперь за собой уголовную ответственность.

Отныне деятельность ДВК запрещена на всей территории Казахстана. Лидером движения считается проживающий за рубежом бывший глава БТА Банка Мухтар Аблязов. Он уже много лет позиционирует себя как оппонент президента Назарбаева и высказывает свои взгляды напрямую через социальные сети. Однако теперь это будет сложнее: отныне информационные материалы ДВК нельзя распространять не только через СМИ, но и через социальные сети и мессенджеры.

Запрет ДВК сам беглый банкир прокомментировал в тот же день:

«Назарбаев в страхе и панике от темпов развития ДВК. Единственной его реакцией будет попытка остановить ДВК – это репрессии. Но мы, ДВК, заранее об этом знали и предложили безопасный способ взаимодействия и развития ДВК... Стремление к свободе и справедливости – естественное состояние человека. Это неотъемлемое право, которое закреплено даже назарбаевской конституцией. Поэтому решение о запрете ДВК просто не соответствует никаким внутренним нормам казахстанских законов, тем более – международным, которые Казахстан обязан исполнять» (стилистика высказывания сохранена – прим. «Ферганы»).

Ловите и сажайте лично

Признание ДВК экстремистской партией и введение уголовной ответственности за поддержку этого движения – все это, в первую очередь, превентивные меры. Очевидно, власти всерьез опасаются, что ДВК будет увеличивать свою численность и призывать граждан Казахстана к свержению действующей власти. Развитие такого сценария было решено предотвратить испытанным методом, а именно – закручиванием гаек. Так, во всяком случае, считают эксперты-политологи. В частности, независимый журналист Сергей Дуванов отмечает, что любую критику в Казахстане теперь трактуют как борьбу за власть и даже как экстремизм.

Сергей Дуванов. Фото с сайта Ratel.kz
«Я не знаю, что именно экстремистского содержится в деятельности ДВК, – говорит Дуванов. – Я не вижу в действиях и словах членов этого движения состава преступления. Более того, в них нет ничего такого, что позволило бы называть их экстремистами. Или, может быть, участие в политической деятельности уже считается в Казахстане экстремизмом?»

Многие казахстанские эксперты уверены, что решение суда – это очередной удар власти по ее главному нынешнему врагу Мухтару Аблязову. Впрочем, учитывая обстоятельства, можно предсказать, что властный кулак до самого Аблязова не дотянется, однако вполне может попасть по простым гражданам Казахстана.

«Это очередная попытка власти ограничить своего «врага номер один», – замечает оппозиционный журналист Гульжан Ергалиева. – Аблязов активизировался. Теперь он призывает к протестным акциям, а они, как мы знаем, могут закончится даже расстрелами (как это было в Жанаозене в 2011 году на митинге в день Независимости). Неудивительно, что власть реагирует так болезненно. Своими действиями и призывами Аблязов провоцирует репрессии, из-за его агрессивной пропаганды могут пострадать граждане».

Эксперты искренне недоумевают, почему за действия одного человека должны теперь нести ответственность все, кто имеет с ним похожие взгляды.

«Если эти меры приняты властью для нейтрализации одной персоны – Аблязова, то при чем тут все движение ДВК? – задается вопросом Сергей Дуванов. – Если Аблязов осужден за экономические преступления, тогда ловите и сажайте лично его. Но что такого сделали остальные члены движения? В цивилизованных странах случается, что высокопоставленного члена партии признают виновным в преступлении и даже судят. Однако это не значит, что после этого всю партию нужно считать экстремистской или даже и вовсе разогнать ее. Судят обычно только самого преступника. При этом неважно, в какой именно партии он состоит и как относится к президенту. Судить нужно только за совершенные преступления и судить того, кто эти преступления совершал, а не всех, кто оказался рядом».

Эксперт полагает, что считать деятельность партии незаконной можно лишь в том случае, если, помимо Аблязова, и другие члены ДВК заявляли о необходимости свержения власти силовыми методами.

Из групп выйти, аккаунты удалить

Известно, что заочное противостояние властей Казахстана и оппозиционного политика существует уже давно. Встает резонный вопрос: почему же именно сейчас реализовалась идея запретить его партию?

Кое-кто полагает, что тут имеется некоторая связь с делом Муратхана Токмади. Как известно, его обвинили в убийстве главы БТА-банка Ержана Татишева, после смерти которого банк возглавил Аблязов. Однако дело Токмади уголовное, связывать его с экстремизмом сложно, да и бессмысленно. Даже если будет доказано, что именно Аблязов «заказал» Токмади убить Татишева, едва ли это сможет реально повредить Аблязову, считает политолог Данил Бектурганов.

Данил Бектурганов. Фото с сайта Time.kz
«Вопрос о признании формально несуществующей организации ДВК экстремистской я бы рассматривал в контексте общего политического тренда, который сейчас доминирует не только в Казахстане, но и на многих постсоветских территориях, – говорит Бектурганов. – Регулярные политические «зачистки» происходят на этом пространстве довольно часто. Тут можно приводить массу примеров – от убийства Немцова в России до преследования журналистов в Киргизии, не говоря уже про дело Макса Бокаева и Талгата Аяна в Казахстане».

По мнению Бектурганова, названные в последнем послании президента Назарбаева основные направления развития страны не предполагают какой-либо политической конкуренции и каких-то других «повесток дня». А вот Аблязов именно другую повестку дня продвигает очень активно. И поскольку это не нравится властям, они принимают меры в фирменном казахстанском стиле – пытаются запретить, разогнать, запугать.

После того, как 13 марта суд признал ДВК экстремистской партией, Генеральная прокуратура Казахстана заявила, что любое участие в движении ДВК и финансирование его идей повлечет за собой уголовную ответственность. Под участием, помимо прочего, подразумевается также агитация и пропаганда идей ДВК, то есть изготовление, выпуск, тиражирование и распространение их любыми средствами, в том числе и через публикацию листовок, постов, комментариев и иных информационных материалов ДВК.

Тогда же, 13 марта, начальник службы уголовного преследования Генпрокуратуры Ерлан Абаев посоветовал гражданам, которые состоят в группах ДВК в соцсетях или подписаны на них, выйти из этих групп или удалить аккаунты, а также прекратить комментирование и репосты страниц ДВК.

В этот же день стало известно, что с начала 2018 года в отношении активистов движения «Демократический выбор Казахстана» возбуждены уголовные дела сразу в пяти регионах страны. Такая «оперативность», само собой, вызвала некоторые подозрения.

«Сразу после совета гражданам РК удалить аккаунты и прекратить комментирование и репосты появляется сообщение о пяти уже заведенных уголовных делах по «фактам экстремистской деятельности» в пяти регионах с начала 2018 года. С какого начала, простите, если признание ДВК экстремистской организацией состоялось в этот же день?» – удивляется Данил Бектурганов.

Удивление его понятно: либо все дела завелись мгновенно, сразу после того, как суд вынес решение, но тогда зачем говорить о начале года? Если же дела заводились до решения суда, тогда это происходило без всяких законных оснований. Да и сама рекомендация прокуратуры удалить аккаунты обычных граждан кажется политологу странной – все-таки Казахстан называет себя демократической страной.

Кто победил, кто побежден?

Так или иначе, далеко не все готовы судорожно удалять свои аккаунты и отменять лайки. Сергей Дуванов убежден, что он как гражданин Казахстана имеет право выражать собственное мнение, даже если оно совпадает со взглядами ДВК.

– Поддержка движения может заключаться в том, чтобы подносить патроны. А если Аблязов сказал, что власть нужно сменить, и я в комментариях напишу то же, это не означает, что я поддерживаю Аблязова, – утверждает Дуванов.

С введением 174-й статьи УК РК о разжигании социальной и межнациональной розни казахстанцы и так уже оказались запуганы штрафами и угрозой тюремного срока. Это привело к тому, что граждане боятся выходить на пикеты с плакатами, а также писать критику в Сети. Однако эксперты полагают, что запреты и нагнетание страха может привести к печальным последствиям для самой власти.

«Свято место пусто не бывает, – говорит Дуванов. – Если вы зачищаете политическое поле, может появиться другая угроза. Мы знаем, что есть сила, которая не станет выводить людей на митинги, регистрировать партии, устраивать выборы или критиковать власть в соцсетях. Эта сила не будет работать с властью так, как это делала старая и нынешняя оппозиция. Просто в нужное время она возьмет в руки автомат и установит в стране халифат. Именно она может оказаться альтернативой оппозиции, которую власть сейчас планомерно уничтожает. Надо понимать что, убирая легитимную оппозицию с политического поля, власть освобождает место для настоящих экстремистов. И тут имеется вероятность, что многие, кого сейчас власть запугала и кому запретила политическую деятельность, могут уйти к радикалам».

Гульжан Ергалиева также полагает, что, если человеку запрещают заниматься легальной политикой, он может уйти к радикалам.

Гульжан Ергалиева. Фото с сайта Guljan.org
«Режим дает много поводов для возмущения и социального недовольства, – говорит Ергалиева. – Но где и как это все теперь выражать? Получается, что неразумной политикой властей воспользовался Аблязов, который дает людям площадку, чтобы говорить о своих проблемах. Людям кажется, что таким образом защищают их интересы. Однако Аблязов не заслуживает доверия, поскольку он призывает «смести власть». Но власть нельзя сметать, ее нужно побеждать на выборах. Вот и выходит, что из-за Аблязова и его призывов могут пострадать люди. Что в этой ситуации нужно делать обществу? Нужно самоорганизовываться, создавать новые партии и движения. Однако запуганное общество боится объединения, потому что власть следит за ним и не дает сплотиться и решить наболевшие вопросам. Но надо понимать, что страх этот способен бумерангом ударить по самой власти».

Так же, как и Дуванов, Ергалиева говорит об опасности замещения легальной оппозиции радикальными движениями – в том числе и религиозными. Она полагает, что альтернативой призывам Аблязова является начало гражданских и политических реформ.

Однако пока власть такой альтернативы не предоставляет и продолжает сражаться с аблязовским ДВК. Очередной раунд, отмеченный признанием ДВК экстремистской партией, как будто бы остался за властью. Но значит ли это, что и бой в целом тоже будет выигран ею?

Данил Бектурганов считает, что, наоборот, вперед по очкам теперь выходит Аблязов. Если раньше у французского, да и у любого другого правосудия оставались к нему какие-то вопросы, теперь эти вопросы снимаются. А виной всему – решение суда, противоречащее демократическим нормам.

«Кроме всего прочего, теперь силовикам стоит ждать дополнительного финансирования, ведь на борьбу с экстремизмом у нас денег не жалеют, – замечает эксперт. – Можно также ждать второй серии наездов и давления на сторонников Аблязова за рубежом – «по вновь открывшимся обстоятельствам». Дело в том, что у этих сторонников есть «подвисшая» в Казахстане собственность, а это серьезный аргумент для кого угодно».

Выиграет ли власть в результате своих спорных шагов, да и стоит ли такой выигрыш репутационных рисков, сказать пока сложно. Однако Бектурганов уверен, что один проигравший уже имеется – это простой народ.

«У народа отняли свисток, в который можно было спускать протестный пар, – говорит политолог. – Утопическая идея – «приведи еще троих, а те еще по пять, и нас станет много» – в данном случае не срабатывает. Она действует только в сетевом маркетинге, да и то благодаря перспективе заработать денег на тех, кто пришел позже. Другое дело, что ДВК давал «форточку», в которую можно было подышать воздухом свободы, а это в нашей душной стране иногда очень нужно».

Возможно, к числу проигравших можно отнести и администрацию президента Казахстана. Достаточно прикинуть вероятные последствия случившегося.

«Аблязов может сказать: извольте видеть, меня теперь еще и в политическом экстремизме Назарбаев обвиняет. Конечно, многие на Западе отмахнутся, а кто-то, возможно, заинтересуется: Назарбаев? Тот самый, который находится в полувассальных отношениях с Путиным? И этот момент уж точно политический имиджа Казахстана не улучшит. Так что, если это и победа администрации президента, то, скорее, это пиррова победа», – заключает Бектурганов.

Соб. инф.

Международное информационное агентство «Фергана»