23 september 2021




Новости Центральной Азии

Очередное заседание суда по делу Азимжана Аскарова в Кыргызстане: Выступления осуждённого, адвокатов и прокуроров

В Бишкеке 20 декабря прошло очередное заседание суда по пересмотру дела осуждённого на пожизненное заключение журналиста и правозащитника Азимжана Аскарова, признанного виновным в организации беспорядков на юге Кыргызстана в 2010 году. На нём выступили сам Аскаров, его адвокаты и прокуроры. Трансляцию из зала суда вело издание Kloop.Kg.


Азимжан Аскаров в зале суда. Фото © Kloop

Слово Азимжана Аскарова

В своём обращении к суду Азимжан Аскаров заявил о процессуальных нарушениях при его задержании: - не предоставлении ему адвоката, фальсификации дела, о причастности к его задержанию Азимбека Бекназарова и Розы Отунбаевой.

«Процедура расследования моего дела сфальсифицирована работниками Базар-Коргонского РОВД», - сказал Аскаров. По его мнению, более десяти свидетелей могли подтвердить его невиновность, но им не дали такой возможности.

«Главной моей виной было то, что я - этнический узбек и защищал права человека», - пояснил Аскаров.

Он напомнил, что институт омбудсмена, который расследовал его дело по приказу властей, неоднократно заявлял о его невиновности.

Аскаров задался вопросом, почему в качестве доказательств против него назывались видеозаписи с его участием, которые так и не были обнародованы. Главная причина в том, считает Аскаров, что он на этом видео не зафиксирован.

Правозащитник попросил проверить на полиграфе сотрудников ОВД, ГКНБ и прокуратуры Базар-Коргонского района. Он рассказал, что 4 июня 2010 года в Базар-Коргоне произошла стычка между милиционерами и таксистами, после чего заместитель прокурора Джамиля Туражанова вымогала деньги с тех, кого привезли в РОВД, а милиционер Мыктыбек Сулайманов собирался сообщить об этом.

По словам правозащитника, 15 июня его брат был задержан, избит, у него вымогали 50 тысяч сомов, а потом отпустили, но никто не документировал задержания.

«Все расследования против меня проводились однобоко, обвинительно против меня. [...] Мое дело в суде сопровождалось большим давлением, серьезными актами насилия, нападениями в зале заседаний», - напомнил Аскаров.

«Азимбек Бекназаров говорил, что я был на месте преступления. Но столкновения произошли 13 числа. Спрашивается, почему с 13 по 15 число никто не пришел меня задерживать? Меня пришли задерживать именно тогда, когда я ходил и опрашивал людей, собирал свидетельства поджогов и убийств», - заявил Аскаров.

«На основании решения Комитета ООН по правам человека и Конституции Кыргызстана я имел полное право на немедленное освобождение», - пояснил правозащитник. И добавил, что суды должны быть независимыми и не принимать политические решения, а «по июньским событиям судебные процессы контролировались властями».

Адвокат Валерьян Вахитов

Один из адвокатов правозащитника Валерьян Вахитов заявил, что «прошедшие судебные процессы не были объективными и беспристрастными, не было объективного правосудия».

Он напомнил, что на заседании 25 октября Джамиля Туражанова сообщила, что после допроса она отпустила домой Аскарова после 16 часов.

«Я спросил ее, кому она давала поручение привести Аскарова, почему не было следственного поручения, она не смогла ответить на этот вопрос, - продолжает Вахитов. - Согласно показаниям допрошенных нами 4 октября работников милиции, Аскаров был задержан 15 июня. Как установлено из допросов, Аскаров находился на улице Сайдуллаева возле своего офиса, когда к нему приехали милиционеры и попросили проехать в РОВД. Сначала Аскаров отказался, но когда милиционеры сказали, что приехали специально за ним, он согласился поехать с ними. Осконбаев, который доставил Аскарова в РОВД, сказал, что Аскаров пробыл у него 10 минут. Аскаров был допрошен зампрокурора Туражановой 15 июня. Если Аскаров был доставлен в РОВД в 11 часов, то где он находился до 16 часов? Туражанова говорит, что отпустила Аскарова в 16 часов. Где он был потом? Жена Аскарова говорила, что он не ночевал дома - его избивали. У нас есть уголовное преступление - незаконное задержание лица».

По словам Вахитова, правоохранительные органы должны были составить протокол задержания в течение трех часов и предоставить адвоката. Он процитировал заключение независимого эксперта, который осматривал Аскарова после пыток, и отметил, что результаты государственной и независимой экспертиз не совпадают.

Вахитов проанализировал статьи, по которым обвиняют Аскарова.

Взятие в заложники. На суде было установлено, что 12 июня 2010 года в 16 часов в селе Чек собралось большое количество людей узбекской национальности. «Сотрудник погранзаставы Бекишев подтвердил, что люди были на границе, пытались пройти в Узбекистан. Людей было много, и они не видели, чтобы Аскаров кого-то брал в заложники», - сказал он.

Участие в массовых беспорядках. По словам Вахитова, если бы Временное правительство вовремя выставило посты, то массовых беспорядков не произошло бы.

Соучастие в убийстве милиционера. «Показания опрошенных милиционеров не выдерживают критики, - заявил Вахитов. - Их спрашивали: где видели Аскарова, где стоял Аскаров, в каком месте на мосту, во что он был одет, какова была его роль? Любой следователь знает, что в протокол допроса вносятся такие детали. [На предыдущих судах, когда опрашивали милиционеров, они не смогли ответить на эти вопросы].

Всем понятно, что следствие и судебные процессы по делу Аскарова проходили с грубейшими нарушениями Уголовно-процессуального кодекса, поэтому доказательства, которыми оперирует прокуратура, не подкреплены фактическими данными. Поэтому необходимо освободить Аскарова, выполнить требование Комитета ООН, и оправдать по всем обвинениям», - заключил Вахитов.

Адвокат Нурбек Токтакунов

Адвокат Нурбек Токтакунов отметил важность пересмотра дела Азимжана Аскарова и выполнения постановлений Комитета по правам человека ООН. Он заявил, что в деле Аскарова много процессуальных нарушений.

В частности, в ходе обыска в доме Аскарова было изъято 10 патронов. Но почему Аскарова не было на месте обыска? Обвинение не предоставило понятых, которые якобы присутствовали во время обыска. Понятой - это свидетель. Они приходят и следят за тем, как проводится обыск, пояснил Токтакунов.

По его словам, изъятые при обыске вещи не были упакованы и опечатаны, в протоколе нет записей об этом. А значит, этого могло и не быть.

«Во время июньских событий много патронов «гуляло» там, многих этим «грузили». Где записи, что эти патроны были найдены в этом доме? В Базар-Коргоне эти патроны никто не показал, может, их вообще не существует? Обвинения и доказательства по их хранению были сфальсифицированы. Доказательства, предъявленные с нарушениями, не могут быть рассмотрены», - напомнил адвокат. Он добавил, что в судах первой инстанции никто не подтвердил, что видел, как Аскаров призывал к чему-либо.

Токтакунов задался вопросом, почему, до 15 июня Аскарова никто не задерживал, хотя убийство милиционера, в котором обвиняют правозащитника, датируется 13 июня. «Как сказала Туражанова, 15 июня с Аскаровым мирно беседовали и отпустили домой. Почему, если его роль в организации убийства была известна в самом начале, его задержали только 16 июня? Я сразу дам ответ: потому что эта идея возникла у правоохранительных органов 15 числа, а рапорты уже позже были подогнаны», - заявил Токтакунов.

По его мнению, фигура Аскарова оказалась очень интересной, «потому что государству было выгодно, что был задержан один из лидеров узбекской общины. Аскаров был очень удобной фигурой, который устраивал всех. Воспользовавшись непрофессионализмом правоохранительных органов, часть настоящих организаторов беспорядков сбежала, а часть откупилась».

«Протокол осмотра трупа происходит 14 июня. Труп нужно было осматривать на месте, с привязкой к местности, чтобы можно было определить, где он находился. Этого сделано не было, осмотр был проведен в другом месте вообще, - продолжает адвокат. - Мы услышали, что сестра Сулайманова сама видела огнестрельное ранение в области шеи [брата], и мы знаем, что сотрудники милиции сами, возможно, были с оружием».

По сути, свидетелей сделали искусственно потерпевшими, считает Токтакунов. «В интересах правосудия они должны были заходить в суд по очереди и давать показания, но они сидели все вместе и могли слышать друг друга, в итоге все дали семь одинаковых показаний. Аскаров не был ознакомлен с заключением экспертизы. У него мог бы быть целый комплекс прав, который он мог бы использовать», перечисляет адвокат процессуальные нарушения.

Он признался, что поначалу ему было страшно заниматься делом Аскарова. «Когда я был в Базар-Коргоне и Джалал-Абаде, я не мог сделать многих вещей, которые мог сделать здесь [в Бишкеке]. Если бы я мог реализовать их и по следствию, и в суде, если бы я был более смелым, может быть, его [Аскарова] уже бы оправдали, - сказал Токтакунов. - Когда я поехал в Базар-Коргон, честно, мне было страшно ходить по улицам. Там кто-то постоянно подходил и говорил, что зарежет меня. Я много чего не говорю. Всё, что мы хотели сделать, мы не смогли этого сделать. Мы боялись».

«Когда я зашел в зал Ноокенского суда, то всё было уже понятно. Аскаров был весь в синяках, поэтому заседание на следующий день перенесли. Я пришел на следующий день. В прокуратуре сказали мне, что Аскаров отказывается от проведения судебно-медицинской проверки на наличие побоев на теле. Я согласился с Аскаровым. А что толку её проводить-то? У него фингал под глазом и так видно, - вспоминает Токтакунов. - На следующий день, когда допрашивали эксперта, он сказал, что Аскаров отказался от проведения экспертизы. Эксперт на суде подтвердил наличие синяка под глазом. А потом в протоколе оказалось, что эксперт говорил, что синяка нет. Это откровенная ложь».

«В нашей системе все медработники под контролем МВД, - пояснил адвокат. - Аскаров говорил, что врачи сначала говорят одно, потом в суде говорят другое. Любой из нас может оказаться жертвой системы. Как мы можем говорить о пытках, когда любое наше заявление может обернуться еще более сильными пытками».

«Если суд оправдает Аскарова, то это будет замечательным ярким сигналом правоохранительной системе, что нельзя пытать, это будет шагом вперед в судебной реформе. Если вы сейчас оправдаете его, люди будут понимать, что нельзя перегибать палку, что есть сила, которая ударит их по рукам, что нельзя нарушать процедуры. Это продвинет судебную реформу. Если оставите приговор в силе, то будет сигнал, что и дальше можно пытать, нарушать права человека. Я прошу оправдать Аскарова», - сказал Токтакунов.

Адвокат Айдар Сыдыков

Адвокат Айдар Сыдыков заявил, что документы по делу Аскарова были составлены очень некачественно.

«Я хотел выяснить для себя, виновен ли Азимжан Аскаров. Я не нашел ни одного доказательства и свидетельства, которое действительно могло бы Аскарова опорочить», - подчеркнул Сыдыков.

По его данным, костяк обвинения составляли 36 свидетелей, семеро из них заявили, что подвергались пыткам. Никто из них не сказал, что видел Аскарова, но сказали, что он был на мосту.

Один главный свидетель провел в заключении четыре дня, он говорит, что не был на мосту, но Аскаров там был, потому что он слышал разговоры об этом.

«В ходе анализа дела я выявил 13 противоречий, и брал именно те противоречия, которые казались существенными», - пояснил Сыдыков.

Например, «показания [жены погибшего милиционера] Бечеловой, которая говорила, что находилась у своей родни, когда ей позвонили и сказали, что Мыктыбек Сулайманов убит. Потом она поехала в РОВД, где увидела тело мужа. 14 июня Сулайманова похоронили. 15 июня назначается судмедэкспертиза. Как экспертиза может быть проведена после того, как человека похоронили? Сама экспертиза составлена неграмотно, там не говорится, в какую часть тела его [Сулайманова] ударили.

Многие из милиционеров говорили, что были в шоке. У меня возникает вопрос, как люди, которые были обучены [охранять правопорядок и обеспечивать безопасность] могут быть в шоке [и не помнить какие-то детали]?

Получается, что только Мантыбаев и Салымбаев прямо указывают на то, что Аскаров был на мосту. Но Салымбаев не говорил, что Аскаров давал какие-то команды и призывал к чему-либо. Он подтвердил это только после наводящего вопроса со стороны прокуроров», - анализирует адвокат. Он попросил оправдать Азимжана Аскарова: «Я не хотел бы, чтобы человек, который ни в чем не повинен, сидел в тюрьме».

Правозащитница Толекан Исмаилова

Глава правозащитного движения «Бир дуйно Кыргызстан» Толекан Исмаилова считает, что «Судьба Аскарова - это судьба всего Кыргызстана. С первой страницы, как я открыла дело Аскарова, от него веяло такой дискриминацией, ущемлением прав, несправедливостью и национализмом. Я поддерживаю всё сказанное Вахитовым, Сыдыковым и Токтакуновым. Вы судите человека только смотря на его национальность. Но в нашей стране более 80 наций. Вам невыгодно проводить настоящие расследования. Я-то знаю, чем вы занимаетесь. Вы - соучастники преступления против человечества. Когда Октябрьский суд оправдал Аскарова, вы подали апелляцию», - сказала Исмаилова.

Она вспоминает, что «когда поехали в город Ош [в 2010 году], то мы, конечно же, говорили о том, какие беспорядки там происходят, о том, что милиция грабит народ и пытает подсудимых. Мы говорили правду народу. Нас тоже бы посадили, если бы не международные организации». Исмаилова заявила, что Аскарова нужно «оправдать и освободить в зале суда, оказать медпомощь, в соответствии с соображениями Комитета ООН, работать над компенсациями для него и его семьи».

Прокуроры Нурлан Тагаев и Марбек Токтакунов

Выступившие 20 декабря прокуроры Нурлан Тагаев и Марбек Токтакунов заявили, что «13 июня было перекрыто и перехвачено несколько улиц» и «эти беспорядки были заранее спланированы».

«Вы говорите, что мы даем указания по поводу того, как свидетели должны были говорить. Но мы не вмешивались. Мы действуем лишь в рамках закона.

Да, Аскаров не признал все обвинения, которые направлены против него, но все они были доказаны экспертными заключениями, показаниями свидетелей, уликами», - заявили прокуроры. И в качестве подтверждения своим словам привели показания нескольких свидетелей. Например, Умурахунов «видел, как человек из толпы ударил одного из милиционеров по голове камнем, а Сулайманова теснили в сторону. По показаниям Мантыбаева, он утверждает, что знает Аскарова с детства, так как они росли в одном селе. Он слышал, что Аскаров призывал к убийству. Сотрудник районного ГАИ Советбек Досов тоже подтвердил то, что Аскаров такое говорил».

«Вы говорите, что показания свидетелей со стороны обвинения однотипны и ничего нового в себе не несут, но сами перечитайте эти показания. Вы говорите, что проводившие обыск милиционеры в доме Аскарова забрали всё, включая одежду, еду и даже варенье. Вам не кажется странным то, что жена Аскарова рассказала об этом спустя год?» - спросили прокуроры.

«Мы слушали показания свидетелей со стороны защиты. Они все сказали, что не видели Аскарова на мосту и не слышали, как он призывал к убийству. Но как они могли его там видеть, если сами туда не ходили? Мы просим принять к сведению то, что мы изложили и наказать виновного, избрать в отношении него меру пресечения в виде пожизненного лишения свободы», - заключили прокуроры.

Судья объявил перерыв до 10 января 2017 года.

Международное информационное агентство «Фергана»






РЕКЛАМА