29 may 2024




Новости Центральной Азии

Центр «Мемориал»: Будет ли узбекский имам экстрадирован из Кыргызстана?

28 января 2013 г. Бишкекский городской суд рассмотрит жалобу адвоката Токтогула Абдыева, связанную с решением об экстрадиции в Узбекистан гражданина этой страны Хабибулло Сулайманова, задержанного сотрудниками Государственного Комитета национальной безопасности Кыргызстана (ГКНБ) в Бишкеке 6 октября 2012 года. Дело Сулайманова является классическим случаем преследования за религиозные убеждения. В случае выдачи в Узбекистан бывшему имаму угрожают пытки и осуждение по сфабрикованному обвинению в «экстремизме», сообщает московский правозащитный центр «Мемориал».

Хабибулло Салайманов
Хабибулло Салайманов
Хабибулло Сулайманов, как рассказал «Фергане» директор Центральноазиатской Программы правозащитного Центра «Мемориал» Виталий Пономарев, родился 30 января 1957 г. в Ферганской области Узбекистана. В советское время его отец Сулайман кори преподавал в Исламском институте в Ташкенте, а брат работал в Духовном управлении мусульман Средней Азии и Казахстана. После службы в армии Сулайманов дважды сдавал с отличием экзамены в Исламский институт, но не был зачислен из-за отказа сотрудничать с Комитетом Государственной безопасности (КГБ — тогда спецслужба Советского Союза. - прим. ред.). В 1989 году он стал имамом-хотибом (главным проповедником) мечети в городе Янгиюль Ташкентской области.

С 1995 года власти стали оказывать давление на Сулайманова и его родственников. Заместитель муфтия, не объясняя причин, потребовал от него написать заявление об увольнении по собственному желанию, угрожая в случае отказа арестом. Были уволены брат Сулайманова – Зикрулло, работавший имамом мечети «Хазрат Али» в Ташкенте, и сестра Фатима, преподававшая ислам для женщин. Вскоре Сулайманов был вызван в РОВД и задержан на трое суток вместе с другими мусульманами, которых допрашивали по делу о разрушении надгробных плит на кладбищах «Ваккос-ота» и «Кокча» в конце 1995 г. Однако сфабриковать обвинение в то время не удалось.

В последующие годы Сулайманов был имамом одной из махалинских мечетей в Ташкенте, однако в 1997 г. был отстранен от руководства мечетью якобы из-за усиления влияния в ней «ваххабитов».

Вскоре началась слежка и новые вызовы в милицию. Из-за угрозы ареста Сулайманов вынужден был сменить место жительства в Ташкенте. В 1999 г. ему удалось скрыться от выследивших его сотрудников Службы национальной безопасности Узбекистана (СНБ), после чего, как вспоминает его жена, в доме три дня находилась засада. В 2001 году Сулайманов нелегально перешел границу и поселился с семьей в Бишкеке, используя документы на имя Хасана Хамидходжаева. До задержания занимался торговлей строительными материалами.

16 декабря 1999 г. Сулайманов был объявлен в розыск органами внутренних дел Узбекистана по ст.159 ч.3 п.«б» (посягательство на конституционный строй Республики Узбекистан) УК Республики Узбекистан, предусматривающей лишение свободы на срок от 5 до 10 лет.

В решении Первомайского районного суда г.Бишкека от 15 ноября 2012 г. цитируется постановление следователя 1999 г., согласно которому обвиняемый «в сговоре с другими лицами занимался распространением в Ташкенте и Ташкентской области листовок религиозно-экстремистского характера», якобы вступив при этом «в организованную преступную группу, которая была создана Жумой Намангони и Тахиром Юлдашевым, преследуя цели к вооруженному изменению существующего государственного строя, захват власти и отстранения от власти законно избранных государственных деятелей». Адвокат Токтогул Абдыев отмечает, что вопреки требованиям уголовно-процессуального законодательства обвинение не конкретизировано, не указаны место, способ совершения преступлений, другие важные обстоятельства.

В публикациях СМИ Кыргызстана, посвященных задержанию Сулайманова, утверждалось, что он является «активным членом международной террористической организации», который находился в международном розыске за «террористическую деятельность и причастность к Исламскому движению Туркестана». Между тем, как видно из имеющихся документов, обвинение в терроризме в Узбекистане ему не предъявлялось, отсутствуют и конкретные факты участия в деятельности ИДУ.

Вскоре после задержания Сулайманова Генеральная прокуратура Кыргызстана поспешила объявить о том, что требование о его выдаче в Узбекистан по ст.159 УК РУ удовлетворено. Однако поскольку данный состав преступления не предусмотрен законодательством Кыргызстана, решение о выдаче было основано на поступивших из Узбекистана дополнительных обвинениях по ст.244-1 ч.3 п.«а» (распространение материалов, содержащих угрозу общественной безопасности) и 244-2 ч.1 (участие в религиозно-экстремистских организациях) УК РУ, предусматривающим наказание от 5 до 15 лет лишения свободы. В новой версии обвинения говорилось о причастности Сулайманова к деятельности как ИДУ, так и «Хизб ут-Тахрир». Сам бывший имам категорически отрицает, что когда-либо был причастен к деятельности этих организаций.

19 ноября 2012 г. Сулайманов направил заявление о предоставлении убежища в Министерство молодежи, занятости и труда Кыргызской Республики, в котором указывает, что в Узбекистане его преследуют за веру и религию. Заявление было получено министерством, однако заявитель до сих пор не зарегистрирован в качестве просителя убежища и процедура по его делу не начата.

В ответ на запрос Первомайского районного суда г.Бишкека, рассматривавшего 4-6 декабря 2012 г. жалобу на решение Генеральной прокуратуры об экстрадиции Сулайманова, начальник отдела министерства по работе с беженцами Базаркул Керимбаева сообщила, что регистрация ходатайства не произведена в связи с отсутствием ответа из ГКНБ на письмо министерства с просьбой предоставить информацию о заявителе и основаниях его задержания. В середине января 2013 г. Керимбаева сказала членам семьи Сулайманова, что получила ответ из ГКНБ, однако не может зарегистрировать заявление до встречи представителя министерства с заявителем, запрос о проведении которой направлен ею в Генеральную прокуратуру Кыргызстана.

Представительство УВКБ ООН в Кыргызстане также ожидает с октября 2012 г. решения властей о предоставлении доступа к Сулайманову, содержащемуся в СИЗО ГКНБ.

Жена бывшего имама Альбина Каранкина (гражданка России) сообщила ПЦ «Мемориал», что после задержания мужа более 10 дней не могла получить информацию о его местонахождении и предъявляемых обвинениях, узнала о них лишь из сообщений СМИ. Членам семьи до сих пор отказывают в разрешении на свидания. Сотрудники Генеральной прокуратуры Кыргызстана заявляют, что такое разрешение надо получать у следователя в Узбекистане. Единственная возможность увидеть мужа и кратко переговорить с ним – это заседания суда, рассматривающего вопрос о продлении срока содержания под стражей.

Семья Сулайманова в Бишкеке включает двоих несовершеннолетних детей: сына 13 лет и полуторогодовалую дочь.

До настоящего времени дело Сулайманова остается мало известным за пределами Кыргызстана, что увеличивает риск его принудительного возвращения на родину. Как показывают события прошлых лет, решения о судьбе просителей убежища в Центральной Азии нередко принимаются под влиянием изменчивой политической конъюнктуры.

6 декабря 2012 г. Первомайский районный суд г.Бишкека отклонил жалобу адвоката на постановление о выдаче, принятое Генеральной прокуратуры Кыргызстана. Пока не ясно, какое решение вынесет 28 января 2013 г. Бишкекский городской суд.

Международное информационное агентство «Фергана»






РЕКЛАМА