14 Декабрь 2018



Новости Центральной Азии

Японские военнопленные в Таджикистане: Рабский труд на добрую память

15.06.2009 19:08 msk, Тилав Расул-заде

История Таджикистан

Один из каналов в северном Таджикистане, построенный японскими военнопленными. Фото автора

Шестьдесят лет назад последние японские военнопленные покинули Таджикистан. Но еще остались в Таджикистане люди, которые помнят, как японцы пришли на эту землю – и как им пришлось ее покинуть. Мне стало интересно, как жили у нас японцы, где работали, что ели – и где были похоронены те солдаты и офицеры японской армии, что не дожили до возвращения на родину.

Поиск привел меня в село Плотина Спитаменского района, где в основном и работали японские военнопленные, строили плотину Фархадской ГЭС. На одном из девяти участков стройки работал в середине сороковых годов и телефонист Александр Зубов. Он помнит, что начальника стройки звали Александр Саркисов, помнит и фамилии начальников участков – Моисеев и Полковников.

Японских военнопленных, рассказывает Зубов, подвозили с середины августа до конца сентября 1945 года, почти полтора месяца. Военнопленные строили административные здания, жилые дома, заводы, дороги, возводили плотины, протягивали линии электропередач, трудились на предприятиях. Как и для солдат немецкой армии, пребывание в плену затянулось для них на долгие годы.

После капитуляции Японии 575.000 японцев были взяты в плен Красной Армией в Маньчжурии, Южном Сахалине и Корее и высланы в лагеря. По данным министерства здравоохранения, труда и благосостояния Японии, 473.000 из них вернулись в Японию после стабилизации советско-японских отношений; 55.000 погибли в советских лагерях; 47.000 пропали без вести.
Александру Зубову помнится, что японских военнопленных было около пяти тысяч человек. Среди них были и офицеры, и рядовые солдаты. Лагерь, где жили японцы, находился в районе Малой ГЭС, Казармы и поселка Ширин. Кроме японцев, в лагере жили и немецкие военнопленные, но сколько было немцев, уже не помнит никто.

Немцев через какое-то время отослали на другие промышленные объекты страны. По слухам, кого-то из них отправили строить дома в так называемый «секретный городок», промышленный поселок Табошар, или сослали на работы в урановые шахты.

- Японцы были в возрасте от 25 до 45 лет, они работали, не щадя своих сил, - вспоминает давние события восьмидесятидвухлетний Александр Зубов. - В поселке «Горный» Спитаменского района была каменоломня, камни использовались для возведения стены плотины Фархадской ГЭС и для укрепления берегов Сырдарьи. Никакой современной специальной техники не было – только тачки. И японцы грузили и возили камни.

Александр Зубков
Александр Зубов

Кормили их хорошо. По воспоминаниям А.Зубова, «из Японии специально привозили свежую рыбу, ежедневно давали им по 600 грамм хлеба, им было положено по два килограмма крупы и по килограмму масла в неделю. А свежие фрукты и овощи поставлялись из ближайших колхозов и совхозов».

– Русские женщины часто выходили замуж за японцев. У японцев было достаточно денег, и они могли покупать все, что пожелают, - продолжает Александр Зубов. – Японцы обменивали хлеб, крупу и масло на молоко, кефир, лепешки и другие продукты. Каждое утро местные женщины на банках у стен плотины оставляли свой товар, а взамен брали деньги, которые японцы оставляли под пустыми бутылками. Но несмотря на такое доброжелательное отношение местного населения и, в общем, неплохие условия, некоторые японцы не могли вынести плена и кончали жизнь самоубийством: бросались вниз с плотины или делали себе харакири.

- Я в 1945-ом году пришел с фронта, устроился охранником, - рассказывает другой свидетель тех событий, 90-летний Абдурахим Мирбобоев, житель поселка Плотина. – Тогда строительство Фархадской ГЭС шло полным ходом. Самые ответственные и сложные работы возлагались на японских военнослужащих. Видимо, они были очень умные и творческие люди, не умели халтурить и работали честно и на совесть. Кроме плотины и берегоукрепляющих сооружений, они построили два канала - водоотвода, которые до сих пор без ремонта обеспечивают отток воды с плотины. Самое главное – в этих тоннелях ни капли воды не теряется. Японцы верно рассчитывали и не допускали брака. Они помогли преодолеть последствия затопления сел Саидкурган, Фармонкурган, Октеппа, Курук, которые оказались под водой после возведения Фархадской ГЭС.

- Японцы приехали в поселок Плотина в августе-сентябре 1945 года и проработали у нас до начала пятидесятых годов, - рассказывает Абдурахим Мирбобоев. - За это время для развлечения военнопленных несколько раз приезжали артисты, однажды даже приезжала большая группа артистов во главе со знаменитой Тамарой Ханум. Когда пришло время провожать японцев, снова пригласили артистов, и с музыкой провожали японцев до местной железнодорожной станции. Все японцы плакали: кто-то рыдал от счастья, что возвращается домой, кто-то – оттого, что многие не дожили до освобождения, и могилы товарищей остаются в чужой земле. А те, кто женился в Таджикистане, со слезами прощались со своими женами: женщины ведь не могли последовать за ними в Японию…

Сколько японцев похоронено в поселке Плотина, не знает никто. В 1958 году начальник тюремного отделения МВД СССР Буланов написал в республиканское Министерство внутренних дел письмо, в котором потребовал ликвидировать кладбище, где были похоронены японские военнопленные. В письме говорилось: «…При ликвидации этих кладбищ надлежит сравнять имеющиеся могильные холмики, уничтожить опознавательные знаки и ограждения. Земельные участки ликвидированных кладбищ передать местным землепользователям (колхозам, совхозам и т.п.) по территориальности, оформив их передачу соответствующими документами».

- Скорее всего, их хоронили внутри лагеря, то есть в районе Малой ГЭС, а потом и на территории Фархадской ГЭС, - предполагает Александр Зубов. – Но мы ничего не знаем точно, по приказу Сталина все было засекречено.

По мнению местного журналиста Равшана Касымова, лагеря японских военнопленных, вероятно, были расположены на территории нынешних сел Хаштияк и Куркат Спитаменского района.

- Японские военнопленные не признавали себя военнопленными, они считали себя «интернированными», - рассказывает Равшан Касымов. - Может, национальная гордость не позволяла им признать, что они в плену: японский солдат, полагали они, может либо победить, либо с честью погибнуть на поле боя.

* * *

4 октября 1946 года Совмин принял постановление «О репатриации из СССР японских военнопленных и интернированных гражданских лиц», в котором декларировалось, что японцев все-таки отпустят. Но с исполнением его спешить не стали. На Курилах и Южном Сахалине на них держалась вся экономика, и быстрая репатриация оставила бы предприятия без рабочей силы. Возвращение японских пленных продолжалось несколько лет, поскольку управление репатриации считало, что "военнопленные как организованная рабочая сила приносят больше пользы на работах в народном хозяйстве, нежели гражданское население, где на одного работающего приходится 2-3 неработающих члена семьи".

К 1956 году японцев, которые, добыв немалое количество древесины, рыбы и угля, внесли посильный вклад в построение социализма, все-таки отпустили. Вероятно, советское правительство надеялось на ответную благодарность Японии, но напрасно. За следующие десятилетия советско-японские отношения так и не наладились…

Источник – Коммерсантъ
История пребывания японских военнослужащих в советском плену начинается с августа 1945 года, когда Советский Союз вступил в войну с Японией, и завершается в декабре 1956 года, когда состоялась передача Японии последней группы военнопленных и интернированных. По официальным данным, общее количество японских военнопленных превышало пятьсот тысяч человек. Большинство из них было отправлено в лагеря в России, но японских военнопленных встречали и в лагерях на Украине, в Казахстане и в Таджикистане.

Несмотря на серьезные потери, японцы были готовы сражаться с советскими войсками до последнего солдата. Но рескрипт императора Японии от 17 августа 1945 года «К солдатам и матросам» заставил японские войска на Азиатском, и Тихоокеанском фронтах сложить оружие. Поэтому и произошло массовое пленение японских солдат и офицеров.

Искать места захоронения японских военнопленных, как и поставить им памятник, - важное дело настоящего и будущего. Находясь в плену, японцы оставили о себе добрую память - десятки жизненно необходимых и на совесть построенных объектов, сыгравших важную роль для развития экономики страны. В тяжелое послевоенное время японцы очень помогли Советскому Союзу своим четким, слаженным, добросовестным – хотя и подневольным – трудом. А теперь японское правительство оказывают безвозмездную и бескорыстную помощь развивающимся странам, в том числе Таджикистану.

Эксперты считают Японию одним из потенциальных партнеров Таджикистана. У наших стран много общего. А таджики до сих пор с благодарностью вспоминают японских военнопленных и помнят, что за все пять лет, пока японцы жили в Таджикистане, они ни разу не поссорились с местным населением. Ни разу.

Тилав Расул-заде