21 Сентябрь 2019



Новости Центральной Азии

Кыргызстан: Есть ли жизнь после детдома

30.06.2016 13:00 msk, Екатерина Иващенко

Кыргызстан Законы Общество

Два года назад Жаныбек, которому тогда исполнилось шестнадцать, покинул детский дом. На руках у него был паспорт, 500 сомов (которые подарила отзывчивая воспитательница) и маленькая сумка, где лежали сменные брюки, рубашка и зубная щетка. Перед ним было два пути – или поступить в профессиональный лицей (аналог профтехучилища), получить место в старом общежитии, копеечную стипендию и потом - профессию маляра. Или – искать работу. Понимая, что на стипендию не прожить, Жаныбек решил работать. Сейчас ему 18, у него неполное среднее образование, он работает тачечником на бишкекском рынке «Дордой» и зарабатывает от 300 до 500 сомов в день. Как и десятки ему подобных, он снимает койку в одном из бараков у «Дордоя» и не видит для себя никаких перспектив.

«Когда работодатель узнает, что я выпускник детдома, отношение сразу меняется. Почему-то все думают, что мы нечестные и будем воровать. Хорошую работу я не нашел. Радует, что в криминал меня не затянуло, как некоторых моих друзей-детдомовцев. В начале было очень сложно, на работу никто не брал, мне нечего было есть, пару раз я даже ночевал на улице, чуть воровать не начал с голодухи. Собирал бутылки и картон. Потом нашел работу на «Дордое». Пока работаю тут, а о том, что будет дальше, даже думать не хочу», - рассказал Жаныбек.

Это одна из сотен историй про то, как складывается жизнь выпускников детских домов Кыргызстана. По данным ОФ «Защита прав детей-сирот», в Кыргызстане находится 134 детских дома (из них 66 частных), в которых проживает около 13,5 тысячи детей. Количество детдомовцев ежегодно увеличивается. Государство выделяет детским домам 110 сомов ($1,5) в сутки на питание для одного ребенка и еще 12 сомов в день (или 4.380 сомов ($60) в год) - на лекарства.

По данным ЮНИСЕФ, количество детей, находящихся в интернатных учреждениях страны, составляет более 20 тысяч. Причем 88 процентов из них имеют биологических родителей или родственников. Ежегодно из кыргызстанских детдомов выпускается около 400 человек.


Как соотносится реальный статус воспитанника детдома и то, как он сам оценивает свое положение (ЛОВЗ – «лица с ограниченными возможностями здоровья»). Из исследования «Выпускники детских домов Кыргызстана», проведенном в 2015 году Общественным благотворительным фондом «Оэйсис» и Общественным фондом «Наш голос»

Считается, что Жаныбеку повезло – он работает и пытается выжить, не нарушая законов. Нередки случаи, когда дети сразу уходят в криминал. По данным вице-спикера парламента Алтынай Омурбековой, которые она озвучила 21 июня на Круглом столе, посвященном проблемам выпускников детских социальных учреждений, около 30% выпускников детских домов совершают правонарушения и только 10% социально адаптируются в жизни.

Почему в Кыргызстане такая печальная статистика? В законах прописано, что пособия (1.000-2.000 сомов, это около $15-30), социальное жилье (общежитие) и льготы при поступлении в ВУЗы гарантируются только детям-сиротам, вышедшим из интернатных учреждений. В Кыргызстане, согласно статистике ЮНИСЕФ, 90% находящихся в детдомах детей имеют биологических родителей. Такие выпускники детдомов имеют право лишь на получение бесплатного начального профессионального образования. Однако в реальности не всегда работают даже эти законы.

Подзаконные акты, касающиеся помощи выпускникам детских домов: Жилищный кодекс КР и Стратегия развития социальной защиты населения на 2012-2014 годы (п.29), утвержденная постановлением правительства Кыргызстана, предусматривают обеспечение социальным жильем (общежитием) детей-сирот, вышедших из интернатных учреждений.
Закон «Об образовании» предоставляет право выпускникам детских домов на получение бесплатного начального профессионального образования и льготный доступ детей-сирот к высшему образованию.
Статья 13 «Кодекса КР о детях» гласит, что «дети-сироты при достижении 16 лет, не имеющие жилой площади для проживания, пользуются правом внеочередного получения жилой площади на праве пользования в порядке, установленном законодательством».
В ст.10 Закона «О государственных пособиях в КР» прописано, что дети-сироты имеют право на получение ежемесячного социального пособия при отсутствии права на пенсионное обеспечение. Ежемесячное социальное пособие в случае потери кормильца выпускникам детских домов назначается до исполнения шестнадцати лет; учащимся начальных профессиональных учебных заведений, студентам средних и высших профессиональных учебных заведений очной формы обучения – до окончания ими обучения, но не более чем до достижения ими возраста двадцати трех лет.
Главная проблема, с которой сталкиваются выпускники детдомов – это отсутствие жилья и, как следствие, прописки. По выходе из интернатов они остаются на улице, не имея права получить медицинские услуги, обратиться в суд (например, по имущественным вопросам), голосовать и т.д.

Согласно исследованию «Выпускники детских домов Кыргызстана», проведенному в 2015 году Общественным благотворительным фондом «Оэйсис» и Общественным фондом «Наш голос», каждый второй ребенок школьного возраста проходит в детдоме через различные формы насилия, а те дети, кто прожил в детдоме три года, отстают в развитии от тех, кто вырос в семье.

Ежегодно детские дома страны выпускают около 400 девушек и юношей (от 14 до 18 лет), которые нуждаются в социальной поддержке. Основными проблемами этих молодых людей являются социальная адаптация после выпуска, доступ к медицинским услугам, профессиональное образование, жилье и трудоустройство. Из-за невозможности получить качественное образование выпускники детдомов работают в сфере обслуживания и низкоквалифицированного труда (на стройках, автомойках, на базарах и в точках общепита).

Среди проблем, объективно мешающих выпускникам детских домов полноценно адаптироваться во взрослой жизни, более 50% респондентов назвали «недостаток финансовых средств» и «отсутствие жилья», еще 36,4% в качестве основной причины назвали «несовершенство государственной поддержки выпускников детских домов».

В реальности государственная поддержка выпускников детских домов не просто несовершенна – ее нет. Так, в стране нет даже единой базы данных выпускников интернатов, то есть государству не интересно, что с этими подростками происходит дальше. Мониторингом занимаются две неправительственные организации, специализирующиеся на поддержке выпускников детских домов в Кыргызстане.

Сотрудник по работе с молодежью Общественного благотворительного фонда «Оэйсис» Рустам Карасартов занимается тем, что помогает выпускникам интернатов адаптироваться, его НПО «ведет» 70-75 выпускников в год.

«Главная проблема выпускников детдомов в том, что после интерната они не знают, что делать дальше. При СССР они шли учиться в профлицей, получали комнату в общежитии со строгой вахтершей и работу на заводе. У них было определенное будущее. Сейчас все наоборот. После выпуска из детдома государство забывает о молодом человеке и не помогает ему. Отмечу, что если власти должны содержать детей до их совершеннолетия, то в реальности их выставляют детей на улицу в 16 лет. Я знаю лишь несколько интернатов, где директора выпускают детей только после окончания 11 класса с аттестатом и паспортом. Но есть и директора, которые не утруждаются даже обеспечить своих подопечных паспортами. Так как сделать документы вне детдома намного сложнее, зачастую мы просим директоров не забывать подготовить документы детям, пока они живут в детдоме. Также никто не заботится о подготовке подростков к жизни вне детдома. Они ничего не умеют, привыкли, что им дают все готовое, - а тут вдруг лишаются всего – койки, еды, одежды. Учиться в лицеях на маляров и жить в общежитиях, где не все гладко (там происходят драки и даже известны случае убийств), они не хотят. В итоге у некоторых получается закрепиться в большом мире, а есть и те, кто начинает воровать и уходит в криминал», - рассказал Рустам.


Из исследования «Выпускники детских домов Кыргызстана», проведенного в 2015 году Общественным благотворительным фондом «Оэйсис» и Общественным фондом «Наш голос». Фразу «проходит через все формы насилия» следует читать как «проходит через различные формы насилия»

По словам Рустама Карасартова, перед выпуском дети начинают собирать визитки людей, которые привозят в детдома гуманитарную помощь, а после выпуска обзванивают их и напоминают о себе: «Тут подростки сталкиваются с первым предательством в своей жизни. Есть много взрослых, которые постоянно приходят в детдом к определенному ребенку, делают ему подарки и даже могут забрать его на каникулы. Потом, когда этот ребенок звонит тебе и говорит, что вот он я, вышел из детдома, помоги, - он уже не нужен. Я бы посоветовал посетителям детских домов не приучать детей к себе, если они не готовы потом брать на себя ответственность за них. Для детей это сильная травма, я знаю тех, кто после такого предательства пытался покончить жизнь самоубийством».

«Первые дни после выпуска дети полны амбиций, а потом сталкиваются с трудностями и ломаются, - продолжил Рустам Карасартов. – Мы условно делим детей на три категории. Первая - «базовые» дети, у них большие проблемы с получением документов, образованием, трудоустройством и т.д. Но с ними легче всего работать. Вторая категория – «кризисные» дети, у них проблемы с коммуникацией. И третья, самая сложная категория – потерянные в психологическом плане подростки, у них нет никакого понимания, что они вообще хотят от жизни. С ними сложнее всего».

Однако, уверен Карасартов, адаптировать к нормальной жизни можно любого подростка, просто на это требуется разное количество времени и усилий: «У меня были двое мальчиков, которых я «вел» с восьми лет. Когда им исполнилось шестнадцать, их выпустили из детдома, и я взял их под опеку. Потом еще четверых мальчиков и девочек. Их «переходный период», во время которого мы с супругой во всем им помогали, длился два года. Два моих парня уже учатся в вузах, третий, как и я, стал социальным работником. В 2012 году уже вместе с донорами мы открыли два транзитных дома, где в течение трех лет помогали выпускникам детдомов получить навыки самостоятельной жизни, образование и найти хорошую работу. Эти дома показали хороший результат. Конечно, были срывы и у детей, и у нас, работать с такой категорией подростков непросто. Но все трудности преодолимы. Сейчас транзитные дома уже не работают, но мы продолжаем помогать бывшим детдомовцам в рамках работы нашего НПО. Проводим тренинги: учим готовить еду, пользоваться компьютером, обучаем языкам и всему тому, что может пригодиться им в дальнейшей жизни. Некоторые наши подростки учатся сразу в двух учебных заведениях: в одном проходят школьную программу, в другом — получают среднее специальное или профессиональное образование, другие уже нашли работу. Мы гордимся нашими детьми и доказали, что даже проблемные дети из интернатов при получении небольшой помощи со стороны общества могут стать его полноценными членами».

«Самое страшное, что 90 процентов детей в детдомах имеют биологических родителей, что затрудняет им доступ к соцуслугам. Это дети одиноких матерей, дети из бедных или многодетных семей. Как мы выяснили, есть директора, которые за определенную сумму могут предоставить место в детдоме ребенку, у которого родители находятся в трудовой миграции. Я понимаю, что к этому вынуждает экономическая ситуация в стране, но с этим надо что-то делать. Внедрять опекунство и усыновление. В пример можно привести Грузию, где практически нет детдомов, потому что каждый чиновник взял на патронаж ребенка из интерната. Так и нам надо готовить и чиновников, и родителей к усыновлению, создавать альянсы из неравнодушных граждан. Если мы смогли помочь десяткам детей, то сможет каждый. Для этого надо объединять усилия общества и государственных структур, тогда мы не потеряем новое поколение наших граждан», - считает Рустам Карасартов.

Девочка из частного детдома

Более подготовленными ко взрослой жизни выходят выпускники частных детских домов. О них «Фергана» подробно писала в материале «Кыргызстан: Детские дома спасают спонсоры, волонтеры и честные директора». Из усыновившей ее семьи Олеся Никитина попала именно в такой детский дом. Семья, в которой она прожила несколько лет и где уже были свои четыре сына и дочь, решила эмигрировать в Россию. Брать приемную девочку с собой не захотели и отдали в детский дом, к счастью, частного типа. Его финансировали канадцы.


В частном детдоме с волонтерами. Фото «Фергана»

«Обстановка в этом доме была такая, что я не ощущала себя чужой. У нас были отличные воспитатели, а директор с супругой заменили нам родителей. Они научили нас всему: как вести себя, как зарабатывать и расходовать деньги, как отстаивать свои права. Из колючего ежика они превратили меня в открытого и доброго человека. Я до сих пор общаюсь с этими людьми и навещаю их», - рассказала Олеся.

Девочка, как и другие ребята, ходила в обычную городскую школу. Раз в квартал (не каждый месяц!) она получала социальное пособие в размере 211 сомов.

В 18 лет Олеся поступила в университет, первый год обучения в котором оплатили из бюджета детского дома (хотя Олеся круглая сирота, бюджетное место в вузе ей не выделили). Для оплаты последующих годов обучения были найдены спонсоры. Как сирота, Олеся получала стипендию от мэра – целых 350 сомов. Кстати, не все дети из ее частного детского дома смогли поступить в вузы, некоторые поступали в профлицеи, но все они хорошо устроены и нашли работу.

«Я не знала, что мне все-таки начислили стипендию, потому что долгое время в ней отказывали. Как-то мой куратор спросила меня, почему я не прихожу за стипендией? Я пошла к бухгалтеру вуза, которая отказалась мне выдать деньги: сказала, что я не пришла вовремя и их якобы уже нет. Тогда я пошла к куратору, и мы стали разбираться вместе. После скандала деньги мне вернули. И такое пренебрежительное отношение к детдомовцам постоянно ощущается. Если ты из детдома, то тебя можно обижать, не выдать зарплату, обвинить в чем угодно и т.д. Я думаю, что если бы на моем месте была запуганная девочка из государственного детдома, то она бы не смогла так отстаивать свои права», - рассказала Олеся.

Единственное, чего не получилось у Олеси, – это получить жилье. Она знала, что ей положены квадратные метры, и даже обратилась к другу-юристу. Однако государственная бюрократия настолько ее «заволокитила», что от идеи получения положенного по законам жилья пришлось отказаться. Олеся получила специальность социального работника, чтобы, как и ее приемные родители, работать с детьми, однако от работы по профилю пришлось отказаться: снимать жилье и нормально питаться на зарплату в пять тысяч сомов невозможно. Она пошла работать продавцом, чуть позже познакомилась с прекрасным молодым человеком и вышла замуж.

«Наш голос» должен быть услышан

Положение выпускников частных детдомов лучше, чем выпускников государственных. Во-первых, потому что там меньше детей (15-20 против 70-150), им уделяется больше внимания. Во-вторых, частные детдома богаче (за счет спонсорской помощи), а значит, могут предоставить больше возможностей.


В государственном детском доме. Фото «Фергана»

Именно отсутствие подготовки ко взрослой жизни считает главной проблемой выпускников детдомов директор ОФ «Наш голос» Айгура Ормонова. Она начала работать с выпускниками интернатов и вести их пост-интернатное сопровождение еще в 2008 году. Именно подростки попросили назвать НПО так, чтобы показать, что они есть и их голос должен быть услышан.

«В апреле каждого года вместе с сотрудниками я езжу по детским домам. Мы рассказываем о нашей организации, проводим анкетирование, собираем информацию о выпускниках. Ежегодно «от и до» мы «ведем» 30 человек, в целом помогаем около 100 выпускникам. Это получение реабилитационной помощи, обучение, юридическая помощь, трудоустройство. Для девочек мы создали социальный дом, где учим элементарному: убирать, готовить, - кроме того, многим оказываем психологическую помощь. Там они находятся от года и больше. Есть такие девочки, которым недостаточно и года реабилитации. Выпускники детдомов разные, кого-то устраиваем на учебу и работу сразу, с другими приходится много работать. У кого есть стержень, те получают высшее образование. Среди наших выпускников есть психологи, переводчики и юристы. Есть те, с кем сложнее и они не могут получить образование и хорошую работу», - говорит Айгура.

«По статистике, только около 10 процентов детей из детских домов адаптируются после выхода из интернатов, - продолжает Айнура Ормонова. - Именно в первые годы после выпуска подростки совершают правонарушения. Они не знают, где им жить и работать. В итоге девочки занимаются проституцией (беременеют и сдают уже своих детей в детдома), мальчики – воруют. Во время подготовки исследования выпускникам детдомов был задан вопрос, знают ли они кого-нибудь из выпускников вашего или другого детского дома, которые ведут асоциальный образ жизни? Да, довольно многие отвечали, что их товарищи «находятся в тюрьме», «занимаются бродяжничеством», «вовлечены в криминальную среду», «занимались проституцией или стали наркоманами». Эти ответы показывают печальную картину жизни подростков, которым не помогает государство».


В частном детдоме. Фото «Фергана»

Чтобы изменить ситуацию, «Наш голос» предлагает ввести систему постинтернатного сопровождения на государственном уровне: «С детьми надо начинать работать, как только они поступают в детдом. Специально подготовленные воспитатели должны проводить адаптационную работу, рассказывать подросткам об их правах, учить общаться, прививать жизненные навыки, чтобы после выпуска молодые люди знали, что такое труд, как следить за собой. В детдомах, наоборот, учат не принимать решения, там все расписано: когда спать, когда есть, а когда идти в школу. На выпуске мы получаем неприспособленных к жизни иждивенцев, которые часто уходят в криминал. И в этом виноваты не они, а мы, общество и государство, которое не научило их самостоятельной жизни».

«Отработанная нами схема работы постинтернатной службы уже есть, но должна быть системная работа с охватом всех детдомов страны и политическая воля. Эта служба будет ставить выпускников на учет, оказывать им юридическую помощь, помогать с документами и трудоустройством. И от этого государство получит только выгоду. Во-первых, дееспособные молодые люди будут работать и платить налоги (поступление в бюджет), вести здоровый образ жизни (меньше больных ВИЧ и туберкулезом), снизится число попадающих в криминал (сокращение расходов на пенитенциарную систему)», - считает Айнура Ормонова.

* * *

Схема есть. Однако вопрос, воспользуется ли ею государство и захочет ли профинансировать эту работу, остается открытым. Пока же выпускники интернатов, у которых и так жизнь не сахар, остаются предоставлены сами себе – и нескольким неравнодушным людям из НПО.

Екатерина Иващенко

Международное информационное агентство «Фергана»