25 Май 2018

Новости Центральной Азии

Разгерметизация Туркмении. Как Аркадаг пытается удержать сограждан от эмиграции

Мужчины у стоек регистрации в аэропорту Ашхабада. Фото с сайта Migration.gov.tm

После экономического кризиса 2014 года серьезно увеличилось количество граждан Туркмении, желающих уехать из страны на заработки. Уехавшие не стремятся вернуться, пытаясь закрепиться там, где есть работа и немного больше свободы, и правительству приходится думать, как остановить этот исход. Несмотря на разнообразие принятых мер, ничего принципиально нового официальный Ашхабад не изобрел: в основе запретов - шантаж с использованием детей или обычный произвол.

Куда выезжают туркмены

Туркменских мигрантов традиционно делят на три неравные группы: родственники и знакомые правительственных чиновников; бизнесмены; простые жители небольших городов и кишлаков, которые могут рассчитывать, в основном, на низкооплачиваемую неквалифицированную работу. Третьей группе, самой многочисленной, всегда приходилось труднее, чем мигрантам из других стран Центральной Азии. Выехать за границу они могут, лишь дав взятку и/или по знакомству. «Мы дома живем, как в плену», – жаловался мигрант из Туркменистана хорезмской правозащитной организации «Нажот» в 2012 году. Вырвавшись за границу, мигранты-туркмены не стремятся вернуться обратно и превращаются в нелегалов.

Популярнейшая у туркменских мигрантов страна – Турция. Это близкая по языку страна – одна из немногих, куда туркмены могут въехать без визы (на 30 дней). Здесь живут и работают сотни тысяч мигрантов из Туркменистана, по преимуществу нелегально – с просроченными визами или вовсе по внутренним паспортам.

Турция в 2016 году внесла в законодательство норму, согласно которой мигрант, легально проживавший и работавший в стране восемь лет, может получить разрешение на бессрочное проживание и поиск работы. Главным условием легального проживания является само наличие у туркмена загранпаспорта. Однако, по данным миграционной службы Турции, в 2016–2017 годах разрешение на проживание получили лишь 25 тысяч граждан Туркменистана и лишь пять тысяч – разрешение на работу.

Из Турции туркмены переправляются в Северный Кипр, самопровозглашенную и никем, кроме Турции, не признанную республику. Как объяснял «Азатлыку» работающий здесь несколько лет туркменский мигрант Мурад, сюда легко попасть, и зарплаты здесь выше: «Люди приезжают в поисках легкой наживы. Вместе с этим много стало и криминала в их действиях и поступках. Туркменистанцев здесь теперь встретишь везде. Куда ни придешь, куда ни посмотришь – везде граждане Туркменистана».

Мигранты едут также в Казахстан, Узбекистан, Саудовскую Аравию и Объединенные Арабские Эмираты. В последние годы популярным зарубежным направлением стал Азербайджан, еще одно государство со схожим языком, куда прежде поток из Туркмении был минимальным. Председатель Общественного совета при Государственной миграционной службе Азербайджана Азер Аллахверанов связал это с экономическим кризисом в Туркмении и отметил, что туркмены сюда привозят контрабандное золото, продают его, а на вырученные деньги скупают продукты и валюту. «Для туркмен наша страна не только более свободная, но и, можно сказать, окно в Европу. Этот процесс неминуемо увеличит въезд не только порядочных людей, но и всякого рода авантюристов - контрабандистов, челноков, женщин легкого поведения», - сказал Аллаверханов.

Едут туркмены и в Россию: по данным Миграционного ведомства МВД РФ, в 2017 году на миграционный учет встали 74 тысячи туркменистанцев. Однако говорить, что Россия станет популярным направлением для трудовой миграции из Туркмении, пока трудно. «Пока трудовой миграции из Туркменистана в Россию, хоть сколько-нибудь похожей на миграцию из других стран Центральной Азии, нет, - говорит профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге Сергей Абашин. - На территории России находится всего несколько тысяч граждан этой страны, да и то большая их часть приехала не на работу. Но прогнозировать развитие ситуации трудно. Считается, что сравнительно невысокая мобильность граждан Туркменистана связана с жестко авторитарным характером политического строя страны».


Паспортный контроль на туркменской границе. Фото с сайта Rferl.org

Силой вернем

Наличие большого оттока рабочей силы само по себе – свидетельство неблагополучия в стране. Туркменские мигранты – это и живое подтверждение безработицы в республике, где бюджетников из экономии сокращают и насильно отправляют в неоплачиваемые отпуска, и источники «негативной информации», сводящей на нет все усилия государственной пропаганды.

Руководство Туркмении продолжает игнорировать особенности коммуникативной среды, коренным образом изменившейся со времен СССР, и бороться с «утечками» по старинке, например, с помощью воспитательных бесед, которые проводят сотрудники органов безопасности в школах, институтах и спортивных училищах, убеждая не отсылать сообщения о тяжелой жизни за пределы страны.

Главная проблема в том, что туркмены, выезжающие за границу из-за сокращения рабочих мест, стараются по возможности не возвращаться на родину, заводят семьи за рубежом и становятся эмигрантами. Чтобы искусственно сократить поток желающих перебраться за рубеж и вернуть в гнездо птенцов Аркадаговых (Аркадаг - титул туркменского президента Гурбангулы Бердымухамедова, в переводе «покровитель»), правительство разработало ряд репрессивных мер.

Некоторые препоны для выезда даже по меркам Туркменистана чересчур прямолинейны: например, когда граждан без объяснения причин попросту не пускали на рейсы в Турцию и Арабские Эмираты, хотя билеты, в том числе бизнес-класса, продавали. Последний такой инцидент, вызвавший небольшую акцию протеста в аэропорту Ашхабада, произошел в начале апреля: десятки пассажиров не прошли паспортный контроль перед посадкой на рейс до Стамбула.

За рубеж перестали пускать мужчин моложе 30 лет – возраста, с которого не поздно начать новую жизнь. Причиной отказа называют безопасность граждан. В законе «О миграции», устанавливающем порядок въезда в Туркменистан и выезда из него, есть такие основания для временного отказа в выезде, которые можно при желании истолковать сколь угодно расширительно: «имеются опасения в том, что гражданин Туркменистана в период пребывания за границей может стать жертвой торговли людьми или попадет в рабство; его выезд представляет угрозу его жизни и здоровью; его выезд противоречит интересам национальной безопасности Туркменистана».


Отделение Миграционной службы Туркмении. Фото с сайта Azathabar.com

Существуют другие способы ограничить миграцию - более «цивилизованные», но оттого не менее антиконституционные, поскольку нарушают конституционное право граждан на свободу передвижения. Например, с бюджетников, отправленных в насильственные отпуска, берут расписки о том, что они обязуются не выезжать из страны. Студентов, обучающихся в иностранных вузах, заставляют подписывать бумагу, что они не намерены работать за границей и вернутся на родину, как только закончится учебный год.

Одновременно правительство продумывает способы вернуть тех, кто разъехался. Механизмов здесь мало, и в основном это разные формы шантажа с использованием родственников. Ничего принципиально нового туркменские службы не изобрели, ранее уже практиковались запугивание родных и расспросы детей в школах об их родителях, работающих за рубежом. Теперь, в 2018 году, в Министерстве труда и соцзащиты предложили лишать детей трудовых мигрантов всех предоставляемых государством льгот: бесплатной медицины, бесплатных детских садов, гимназий – и отменить им все пособия. Кроме того, родившихся за рубежом детей мигрантов хотят лишить возможности до 18 лет получить гражданство Туркмении. Те же, кто захочет обеспечить детям туркменское гражданство, должны будут вернуться.

На шантаж пришлось пойти еще и потому, что когда власти пытались хитрить с уехавшими гражданами, затея не удалась. Например, когда было объявлено о необходимости вернуться, чтобы обменять старые паспорта на биометрические, туркмены предпочли остаться в Турции со старыми паспортами, нежели приехать и получить новый паспорт вместе со свежим запретом на выезд. Теперь известно, что людей, работавших в Турции нелегально (а таковых большинство), из Туркмении больше не выпускают на основании пункта 9 статьи 30 закона «О Миграции» («...ранее во время нахождения за границей он нарушил законодательство страны пребывания»).

Вообще же принципы миграционной политики Ашхабада давно описаны - например, в рассказе русского писателя Глеба Успенского «Будка» (1868): «тащить туда, куда решительно не желали попасть, а не пускать туда, куда этого смертельно желали».

Чем это опасно для Аркадага

Экономический кризис в Туркмении начался в 2014 году, когда упали цены на нефть и вместе с ними - благосостояние граждан. Мириться с тоталитаризмом и культом личности стало труднее, пропаганда начала раздражать, и некоторые выезжающие называют среди причин отъезда усталость от роста запретов и нарушений прав человека. Но основная причина роста количества мигрантов – в отсутствии перспектив и безработице, уровень которой, по данным источника в правительстве, еще год назад достигал 60%. Официальные данные об уровне безработицы в стране недоступны, подобная статистика не публикуется.

В 2016 году власти начали собирать информацию о тех, кто не возвращается на родину, мотивируя это тем, что уехавшие могут стать ресурсом для боевиков – переправиться в Сирию и присоединиться к ИГИЛ (запрещенная террористическая организация «Исламское государство Ирака и Леванта», ИГИЛ, ИГ, ISIS или IS англ., Daesh араб., ДАИШ). Высказывались опасения, что туркмены, прошедшие школу экстремизма, при возвращении могут представлять опасность для режима. Однако туркменское правительство беспокоится, скорее всего, не об этом.

Население Туркменистана – пять с половиной миллионов человек. По данным за 2013 год, в Турции легально и нелегально проживали 500 тысяч туркменистанцев, с тех пор работы в стране убавилось (только бюджетников сократили на 30%), поток рабочей силы из Туркмении усилился. Если прибавить к этому почти 100 тысяч мигрантов, уехавших в Россию и другие страны, то примерно 11% населения находится за рубежом. Если учесть, что рождаемость падает, а население стареет (в 2015 году, по данным Всемирного банка, коэффициент суммарной рождаемости в Туркмении составлял 2,28 на женщину и продолжает уменьшаться), то желание Аркадага закрыть страну на замок можно объяснить: он не хочет остаться с пенсионерами посреди пустыни.

Михаил Осокин

Международное информационное агентство «Фергана»




Актуальное интервью


РЕКЛАМА