25 Сентябрь 2018

Новости Центральной Азии

Где пригодился, там и поженился. Зачем мигранты повторно заводят семьи на чужбине

Приехав в Россию, мигранты так или иначе меняются. Они начинают по-другому питаться, одеваться, трансформируется даже их поведение. Есть много вещей, которые запрещены на родине, где над человеком довлеет традиционная мораль и мнение окружающих. Например, в каком-нибудь селе очень важно, что о тебе подумает сосед. Но все эти факторы перестают работать в городе, где людей в несколько раз больше, чем, скажем, жителей во всей Киргизии.

Так, в Москве не будут осуждать девушку, надевшую короткую юбку или мужчину, который изменил жене. Скорее всего, этого даже не заметят, а если и заметят – не обратят внимания. И это становится большим соблазном для гастарбайтера, тем более, если учесть, что развлечений у него совсем немного.

По шариату можно четыре

Как-то я спросила у знакомого мигранта, зачем ему вторая жена? Он смутился и не сразу нашелся, что ответить. Хотя ответ оказался довольно простым. Сам он работает на стройке по 18 часов в сутки и неплохо зарабатывает. Его первая супруга с двумя детьми живет в киргизском селе и следит за хозяйством. Везти ее сюда и содержать здесь выйдет довольно дорого. Во-первых, она плохо знает русский язык, никогда не жила в городе и вряд ли сразу найдет работу. Во-вторых, если она приедет сюда, кто будет ухаживать за его родителями и воспитывать детей? Выгоднее и проще высылать ей деньги.

Это что касается первой жены. А вторая жена затем, что должен же кто-то быть рядом с человеком.

В большинстве своем миграция из стран Центральной Азии «мужская». На долю мужчин приходится 85% мигрантов из Таджикистана и Узбекистана, и 62% – из Киргизии. Большинство приезжает в возрасте от 18 до 35 лет, то есть тогда, когда женщина очень нужна даже по физиологическим причинам. Нравственных терзаний они обычно не испытывают, наличие вторых жен объясняют тем, что это разрешено в исламе.

Шухрат (имя изменено) приехал из Кызыл-Кии, городка на юге Киргизии. Ему 50 лет, а в России он работает уже более 10 лет. У него две жены, и обе они знают о существовании друг дружки.

Шухрат считает, что он не виноват в сложившейся ситуации. Он завел вторую жену, после того, как первая отказалась перебираться к нему в Россию.

«В Москве я давно, зарабатываю хорошо, поэтому могу позволить себе снимать квартиру и содержать здесь семью. Первую жену я привез сюда лет семь назад, но она прожила со мной всего месяц. Я водил ее по музеям, вместе ходили на концерты узбекских музыкантов, которые в Москву с гастролями приезжали, развлекал по-всякому. Но ей здесь все равно не понравилось, уехала. Тогда я сказал, что заведу себе вторую жену. Она согласилась».

После этого Шухрат занялся поисками претендентки на роль второй супруги. Два года встречался с русской женщиной, но она отказалась принимать ислам – пришлось разорвать отношения. Потом познакомился с разведенной женщиной из Узбекистана, на 10 лет моложе его; она живет в Москве с сыном, работает швеей. С ней Шухрат и заключил брак, правда, только по исламским канонам. «Это нормально, – говорит Шухрат, – по шариату мы можем иметь четыре жены». Теперь на троих у них получается пятеро детей: два ребенка от первой жены, еще два от второй и сын второй супруги. А кроме того, есть два своих дома – в Киргизии и Узбекистане.

«А что плохого в многоженстве? – не понимает Шухрат. – Я долго работал прорабом, зарабатывал много, в Москве даже машину купил. И жен своих не обижаю. Одной приобрел квартиру в Ташкенте, для второй дом в Кызыл-Кие построил. Работы много, по разным женщинам ходить некогда, а в Киргизию ездить дорого. У меня много проблем, голова пухнет. А так пришел домой вечером, тебя жена встретила ласково, чувствуешь – половины забот как ни бывало».

Когда Шухрат лишился работы – а в Москве такое с мигрантами бывает часто – его кормила вторая жена. В России, в отличие от стран Центральной Азии, жена не сидит дома. Чтобы иметь возможность снимать жилье и обеспечивать детей тут нужно работать обоим.

Ребенок родился – муж уехал

Вторых жен мигранты обычно ищут на работе, а в последние лет десять – еще и в интернете.

Например, на популярном среди мигрантов из Кыргызстана сайте висит какое-то количество объявлений о поиске «жен по шариату».

«Познакомлюсь с девушкой по законам шариата. Семья есть. Анонимность гарантирую».

«Познакомлюсь с девушками. Мне 40 лет. Устал от одинокой жизни в Москве. Семья в Кыргызстане. Если есть такие же одинокие женщины, звоните. Если друг друга поймем и звезды сойдутся… Пишите на ватсап».

Некоторые женщины соблазняются предложениями, не понимая, что шариатский обряд никох, который подразумевают мужчины, никаких законных прав женщинам не дает и никаких обязательств на мужа не накладывает. Женой она считается до тех пор, пока этого хочет муж.

Мигранты-мужчины, во-первых, не хотят обременять себя штампами, во-вторых, в России, как и в странах Центральной Азии, многоженство запрещено. Но, чтобы изобразить хоть видимость гарантий, мужчины проводят никох. Необразованным девушкам из регионов это кажется вполне достаточным.

Так, по шариату, «вышла замуж» и Амина. Сначала они с Дильшодом просто встречались в течение года. О том, что он женат и у него в родном Таджикистане уже двое детей, узнала не сразу. Некоторое время они вместе снимали комнату в квартире, потом девушка забеременела. Дильшод, узнав о беременности, обещал не оставить ее одну. В качестве гарантии попросил знакомого муллу прочитать молитву – и пара совершила никох. Ребенок родился, казалось, все было хорошо. Однако в один прекрасный день Дильшод не явился домой… Далеко не сразу Амина узнала от общих друзей, что «муж» ее попросту вернулся на родину.

Жена своя, религия чужая

Миграция возродила в центральноазиатском регионе некоторые обычаи, которые казались уже устаревшими. Молодые люди годами работают за границей, так что невест им стали подбирать матери – по своему усмотрению, конечно. В результате получается, что «живьем» свою будущую жену парень видит только на свадьбе. Приехал домой, женился – и тут же уехал обратно, зарабатывать деньги. Понятно, что особой любви к жене, которую выбрал не он, а родня, мужчина обычно не испытывает, а просто находит себе в России половинку «по душе».


Фото с сайта Madplanet.ru

Впервые Мурад приехал в Москву из Ташкента в 25 лет. У молодого человека было высшее образование, он знал два языка, поэтому смог устроиться на хорошую работу в банк. Здесь же, в банке, он однажды познакомился со своей клиенткой, Натальей. У пары завязались романтические отношения. Через два года Мурад расписался с Натальей в московском загсе и повез знакомить с матерью.

Когда Мурад привез Наталью в Ташкент, мать своего благословения на брак с женщиной не дала – чужая религия! Больше того, она разругалась с сыном и отобрала его паспорт. Сын съехал на съемную квартиру, через неделю сестра вернула ему паспорт – но уже с новым штампом. Оказалось, Мурада заочно женили на девушке из соседнего дома, а второй штамп поставили прямо поверх первого. Разумеется, паспорт был испорчен.

Мурад купил билеты на первый же рейс до Москвы и покинул родину. По возвращении в Москву обратился к юристам. Те посоветовали мужчине написать заявление об утере. Для получения нового паспорта он на полтора месяца вернулся в Узбекистан и за это время ни разу не зашел в отчий дом. Спустя еще несколько лет он оформил разрешение на временное проживание в России по браку.

Любовь любовью, а алименты отдельно

Юрист для мигрантов Валентина Чупик говорит, что, попав в тяжелую ситуацию, вторые жены нередко обращаются за юридической помощью. Однако помочь им в этом случае чрезвычайно сложно.

Вообще, вторых жен можно условно разделить на несколько категорий. К первой относятся русские девушки и женщины из неблагополучных семей, которые в мужчине-мусульманине видят спасение от текущих проблем. Они легко принимают ислам и радуются, что муж-мусульманин не будет пить. Однако они не понимают, что взамен могут возникнуть другие сложности. Да, муж не будет пить, но может начать водить в дом других женщин, потому что мусульманину «разрешены четыре жены».

– Многоженцы – это чаще всего мигранты достаточно высокого социального статуса: они могут высылать деньги на родину и содержать вторую жену в России, – говорит Валентина Чупик. – Конечно, юридическую помощь вторым женам оказать практически невозможно. Женщина думала, что будет так, а оказалось совсем по-другому. Но для закона важна юридическая и фактическая сторона дела, а не то, что кто-то там думал. А суть дела состоит в том, что женщина сама согласилась быть второй женой. Ее не смущало, что первая живет в далеком таджикском селе. И вдруг выясняется, что может быть и третья жена, и четвертая, которых муж селит прямо тут, у тебя под носом. Поводом может быть то, что вторая жена, например, родила ребенка и растолстела. А может и вовсе не быть никаких поводов, просто захотелось. И если второй жене что-то нравится – пусть забирает вещи и уходит.

Еще одна категория вторых жен – это женщины, которым быть вторыми не понравилось. После развода они хотят претендовать на алименты.

– Таким приходится объяснять, что официально развестись не получится, так как они не были замужем, а просто сожительствовали, – продолжает Чупик. – По канонам международного права никох не является браком, потому что он допускает союз не двух людей, а большего количества, а это уже не считается семьей. Поэтому алиментов тоже никаких не предвидится. Тем более, что при подобных браках в графе «отец» стоит пробел. Бывает, что соглашаясь на никох, женщина думает, что в случае чего она будет считаться матерью-одиночкой, которой положено пособие. Да, пособие ей положено, вот только в России оно мизерное. Однажды ко мне пришла русская девушка, вторая жена таджикского мужчины, родившая ему двух детей. И его родственники, и его первая жена знали о ее существовании, и даже приезжали к ней в Москву – погостить и отпраздновать свадьбу. Спустя несколько лет женщина захотела развестись и решила подать на алименты. Но проблема оказалась в том, что в загсе брак зарегистрирован не был. Так что деньги можно было получать с мужа, только шантажируя его угрозой, что дедушка с бабушкой никогда не увидят внуков. Но это, как вы понимаете, к закону никакого отношения не имеет.

К третьей категории относятся девушки из Кыргызстана. Напомним, что самый большой процент женской миграции – а именно 38 процентов – приходится как раз на эту страну.

– У узбечек и таджичек, например, родственные связи довольно жесткие, там девушка не может выйти замуж без благословения родителей, да и вообще все время оглядывается на родню. У киргизов с этим несколько проще. Часто случается, что несколько мужчин и несколько женщин вместе снимают одну квартиру. Понятно, что в подобных квартирах между людьми нередко завязываются романтические отношения, – говорит Валентина Чупик. – Обычно в таких случаях, чтобы успокоить девушек, парни устраивают никох. Бывает даже, что обряд проводится не в мечети муллой, а каким-нибудь знакомым. Понятно, что чаще всего парень не чувствует себя ничем обязанным такой «жене». Если, например, девушка беременеет, мужчина, чтобы избежать лишних проблем, просто меняет квартиру или уезжает на родину.

Лучший совет, который в таких обстоятельствах может дать юрист – регистрировать брак официально. Сделать это несложно – достаточно обратиться в любой загс Москвы. Для этого нужно иметь только регистрацию и 4000 рублей на двоих.

Екатерина Иващенко

Международное информационное агентство «Фергана»







  • Реклама от партнеров








    РЕКЛАМА