30 Сентябрь 2014








Новости Центральной Азии

Конвертация валюты в Узбекистане: репортаж из Ташкента и комментарии эксперта

16.10.2003 00:00 msk, Н.Кошкин (Ташкент), Р.Урмеев

Экономика

После состоявшейся в прошлую среду совместной пресс-конференции главы миссии МВФ в Узбекистане Эрика Де Врайера и вице-премьера узбекского правительства Рустама Азимова мировые информационные агентства поспешили заявить, что отныне узбекский сум стал конвертируемой валютой внутри страны. Напомним, Рустам Азимов сообщил, что, начиная с 8 октября 2003 года, все ограничения, связанные с конвертацией по текущим счетам, отменены.

В настоящее время существенного разрыва между официальным и так называемым "параллельным" рынком валюты уже нет. Менялы возле Алайского рынка, как мантры, повторяют: "Доллары, российские, евро берем...", но курс они предлагают невыгодный - 970 за доллар, в то время как в обменниках берут по 975.

Но с последним не все так просто. Если вы решили сдать наличные доллары в обменном пункте, то вам придется немного подождать. Банковские сотрудники ссылаются прежде всего на нехватку наличных сумов. После некоторого ожидания и согласования с начальством по телефону, сотрудница УзДЭУбанка все-таки согласилась принять у меня американские доллары и произвела обмен.

На следующий день я отправился в обменный пункт Национального банка ВЭД, который работает при гостинице "La Meridian", наивно полагая, что здесь проблем с узбекской наличностью не будет. Симпатичные служащие Нацбанка первым делом поинтересовались, являюсь ли я резидентом, то есть, гражданином Узбекистана. После того, как я признался в своем узбекском подданстве, барышни наотрез отказались оказывать мне услуги по обмену валюты. Когда же я потребовал официальных оснований для отказа, работницы обменного пункта смягчились и согласились поменять доллары, но только часть суммы и только мелкими купюрами. По поводу приобретения наличных долларов они сообщили, что они пока их не реализовывают, но в любом городском "обменнике" мне их продадут без ограничений.

Сотрудник столичного Бизнес Банка сообщил, что для приобретения наличных долларов я должен предъявить свой паспорт, сведения из которого затем попадут в базу данных неназванных государственных органов. Замечу, что при продаже наличной иностранной валюты по закону никаких удостоверений личности предъявлять не требуется.

Все вышеописанные процедуры касаются частных граждан. Для юридических лиц, желающих проплатить свои контракты с зарубежными партнерами, существуют свои правила. Клиент банка заключает с поставщиком импортный контракт. Далее представляет заключение независимой консалтинговой компании. Далее контракт заверяется юристом, имеющим лицензию. Затем клиент банка заполняет "Паспорт импортной сделки" в трех экземплярах и пишет заявление на принятие импортного контракта, которое рассматривается специалистами валютного отдела банка. Если представителей банка не возникает сомнений, то сумма контракта перечисляется на счет поставщика на условиях аккредитива (это когда деньги, оплаченные за контракт, поставщики могут использовать только после поступления продукции на склад узбекского покупателя). Однако, сотрудники банка в неофициальной беседе сообщили, что хотя властями официально и снят запрет на оплату контрактов в оффшорные зоны, валютным отделам банков дана устная установка не пропускать подобные сделки.

* * *

КОММЕНТАРИЙ ЭКСПЕРТА "ФЕРГАНЫ.РУ"

Статья VIII и последствия ее подписания

На прошлой неделе вице-премьер Рустам Азимов заявил, что 15 октября Международный Валютный Фонд получит официальное письмо правительства Узбекистана, подтверждающее присоединение Республики Узбекистан к статье VIII Соглашения МВФ.

Что это за статья и какие последствия имеет ее выполнение?

Статья VIII Соглашения МВФ называется прозаически: «Общие обязанности членов» и требует от присоединившихся к организации стран «не устанавливать, без согласования с Фондом, ограничения на проведение платежей и денежных переводов по текущим международным сделкам». В эту категорию попадают, среди прочего, все контракты купли продажи товаров и услуг, а также международные денежные переводы, которые делают, например, граждане Узбекистана, работающие за границей или родственники граждан Узбекистана, проживающие за границей. Также и жители Узбекистана могут, в случае принятия статьи VIII, беспрепятственно переводить сумы или твердую валюту за границу.

Если вы думаете, что отток сумов проблемы не представляет, мол, кому они нужны, то вы недооцениваете риск. Дело в том, что Статья VIII требует от членов МВФ выкупить по требованию собственную валюту, находящуюся в распоряжении другого члена МВФ. Центральный Банк Узбекистана вынужден будет проводить денежную политику с учетом этого фактора. Это будет отражаться на регулировании денежной массы, а значит – и на банковских процентах и на величине необходимых золотовалютных резервов.

На основании статьи VIII Соглашения экспортер, продающий товар в Узбекистан, может обжаловать в суде невыполнение контракта импортером, если последний ссылается на невозможность конвертировать сумовую выручку. Причем иск может быть подан как против импортера, так и против Центрального Банка или правительства, если они препятствовали конвертации.

Именно возможность санкций и конкретность требований делает Статью VIII предметом серьезных переговоров. Так, Статья IV тоже устанавливает ряд требований к членам МВФ, например, избегать манипуляций обменными курсами, чтобы препятствовать рыночной коррекции платежного баланса (когда курсы изменяются под влиянием спроса предложения на валюту). Но это обязательство не поддерживается санкциями.

В рамках подготовки к введению конвертации узбекское правительство, по рекомендации МВФ, отменило ряд ограничений в сфере внешней торговли, теперь формально заключить контракт, предполагающий конвертацию сумовой выручки, стало легче.

Из изложенного выше следует, что основания для раздумий и опасений при введении конвертации, конечно, есть. Дефицит платежного баланса, рост внешнего долга и бегство от сума в Узбекистане являются реальными угрозами. Сочетание этих факторов ведет к девальвации валюты, чего правительство старается избежать, чтобы поддерживать цены на критический импорт.

До сих пор поддержка курса сума на «приемлемом» для правительства уровне достигалась за счет двух средств: как называет это ЦБ, изъятия наличных денег из обращения (на этот счет существуют даже плановые задания), и регулирования доступа к обмену валюты с помощью лицензий и тому подобных разрешений, например, путем создания барьеров для входа на рынок новых участников внешней торговли.

После подписания Статьи VIII использование этих инструментов становится нелегальным, а практически, если все таки захочется, - гораздо более сложным и рискованным. Все это понимают, поэтому взятые обязательства заставляют думать, что намерения правительства в области либерализации внешнеэкономической деятельности искренние и серьезные.

Вопрос, однако, состоит в том, соответствует ли либерализация обмена валют общей экономической политике правительства.

В 1991 году экономика Узбекистана уже была открытой экономикой. Сложившаяся специализация и зависимость от внешней торговли требовали уже тогда конвертации валюты. После 1996 года экономическая политика строилась так, чтобы открытость экономики и связанные с этим риски снизить. Например, эту цель преследует программа импортозамещения. Свободная конвертация валюты, которая способствует открытости экономики и рыночным принципам распределения ресурсов, такой политике противоречит.

Поскольку Узбекистан тем не менее, по прежнему, сильно зависит от внешней торговли, академические споры о том, нужна ли конвертация, имеют мало смысла. Обмен валюты – чисто техническая мера, имеющая далеко идущие последствия для уровня жизни и импульсов роста, именно техническая, а не политическая. Курс валюты отражает состояние экономики, и будучи административно «украшенным», не способствует изменению реальных процессов в нужном направлении. Это термометр и лекарство, часто имеющее нежелательные побочные действия, но не болезнь. Говорить надо бы о том, что нужно для гармонизации экономической политики, бюджетной политики и валютно-денежной политики при необходимом введении свободного обмена валюты. К обсуждению этого вопроса Фергана.ру приглашает на своем Форуме.

Корреспонденты Ферганы.ру сообщают, что в самом чувствительном и прозрачном секторе – при обмене наличной валюты частными лицами - ограничения пока продолжают действовать, то есть, купить-продать сумы, доллары, евро можно не везде, не всегда и не без проблем. Можно сослаться на технические трудности – введение новых инструкций, кадровые проблемы, сбои. Через месяц другой станет ясно, носят проблемы именно такой характер, или все же административные препоны бессмертны.

Значение оборота наличной валюты для Узбекистана огромно. Всемирный Банк оценивал в 1999 году долю операций на черном рынке валюты в 35% процентов от всей суммы операций по текущим сделкам. Это миллиарды долларов, которые крутятся в челночном бизнесе и дают доходы (к сожалению, часто теневые) сотням тысяч людей. К тому же, в Республике накопился огромный overhang, «навес» невыплаченных зарплат и пенсий, который висит Дамокловым мечом над рынком. На одном только Ферганском нефтеперерабатывающем заводе зарплата не выплачена, по сведениям ИА "Фергана.ру", за пять месяцев.

И все же решающим является сейчас то, получат ли частные фирмы, бизнесмены возможность экспортировать беспрепятственно товары за рубеж и импортировать необходимые им продукты. Именно здесь существует наибольший потенциал роста производства, занятости и привлечения инвестиций. Ожидания предпринимателей по поводу конвертации под импорт в основном пессимистические, что нетрудно предвидеть после двух незаконченных попыток либерализации. Оценка тенденций на рынке безналичной валюты, в банковском секторе станет предметом обсуждения через один-два месяца, по мере накопления информации.

Рашид Урмеев

к.э.н., специально для ИА "Фергана.Ру"

15.10.2003







  • РЕКЛАМА



    Статистика, рейтинги



    Яндекс цитирования


    `