21 Октябрь 2019



Новости Центральной Азии

Внутренняя конвертация национальной валюты в Узбекистане: год спустя

29.11.2004 10:17 msk, Алексей Волосевич

Анализ

Фото ИА "Фергана.Ру"

С пятнадцатого октября 2003 года Узбекистан принял на себя обязательства по VIII статье устава МВФ, предусматривающей введение конвертируемости национальной валюты по текущим международным операциям. Иначе говоря, Узбекистан ввел конвертацию. С тех пор прошел год и можно подвести некоторые итоги. Что изменилось за это время, как этот шаг отразился на нашей жизни и экономике страны в целом?

Как бытовая примета - в оживленных местах появились будки-обменники, принадлежащие всевозможным коммерческим банкам. Как и год назад, в них меняют всего четыре вида валюты - доллары, евро, английские фунты и японские йены, а также принимают дорожные чеки "Америкэн экспресс". Прочие виды мировых дензнаков почему-то игнорируются. Например, несмотря на то, что спрос на такие валюты, как рубль и тенге, в Узбекистане достаточно велик, через обменные пункты их невозможно ни продать, ни купить. Что поделаешь - коммерческие банки лишены возможности самостоятельно выбирать, какими видами валюты им следует торговать, и, несмотря на явную выгоду от сделок с тенге и рублями, вынуждены от них отказаться, подчиняясь административным распоряжениям.

Теоретически поменять валюту в обменных пунктах можно в любой день недели, с утра и до вечера, за исключением времени обеденного перерыва, однако на практике так происходит не всегда. Чаще процесс обмена связан с некоторыми трудностями - либо перед окошком толпится длинная очередь, либо неожиданно кончается наличность и обменник прекращает свою работу.

Один из обменных пунктов в Ташкенте
Один из обменных пунктов в Ташкенте

Некоторые из будок, по неизвестным причинам не работают вовсе. Например, на Фархадском рынке их установлено штук восемь - буквально через каждый десяток метров, но работает почему-то одна или две, к которым и выстраивается вереница жаждущих произвести обмен.

Дефицит имеющейся в обменниках наличности является столь серьезной проблемой, что часто поменять деньги бывает невозможно даже в обменных пунктах при гостиницах. "Сумы кончились, приходите завтра", - посоветовали мне недавно в гостинице "Пойтахт", когда я безуспешно пытался там разменять долларовую десятку. В расположенной неподалеку гостинице "Ташкент БУМИ интернейшнл" (бывшая "Тата") сумов тоже не оказалось. Интересно было бы узнать, как вышли из этой ситуации иностранные постояльцы данных отелей… Впрочем, для них зачастую устанавливается льготный режим обмена. Например, в гостиницах "Дедеман Силк Роуд" и "Узбекистан" валюту меняют исключительно тем, кто в них проживает, о чем и сообщается в специальных вывесках, все остальные получают от ворот поворот.

В подобных случаях желающим поменять сумы на доллары (или наоборот) не остается ничего другого кроме как прибегнуть к помощи работников "черного рынка", на протяжении десяти лет снабжавших узбекистанцев столь необходимой за пределами государства валютой. Хотя сегодня валютчиков стало меньше, они по-прежнему встречаются в местах большого скопления людей. "Доллары, доллары, российские рубли покупаем" - как и три, и пять, и десять лет назад, почти не скрываясь, зазывают они клиентов. Помимо упомянутых срочных обменов, их ниша - валюта других стран, а также документально не оформленные денежные операции. Ведь для того, чтобы приобрести валюту официально, через обменный пункт, туда надо сдать ксерокопию паспорта (спасибо и на том, что справку с работы не спрашивают). А поскольку никакой конфиденциальности сделок по приобретению валюты в Узбекистане не существует, то любой человек, не желающий попадать в поле зрения налоговых и иных органов, предпочитает обращаться к уличным менялам, заведомо не спрашивающих никаких справок и документов.

Несмотря на все несовершенство нынешнего обменного процесса, в целом поменять свои сбережения стало намного безопасней. По всей вероятности, это вызывает чувство глубокой печали у милиции, "крышевавшей" валютчиков на протяжении ряда лет. Еще год назад каждый добропорядочный гражданин, у которого возникала необходимость купить или продать доллары, автоматически становился объектом охоты переодетых в штатское сотрудников данного ведомства. Пример из жизни: в прошлом году моя соседка, мать двоих маленьких детей, отправилась на рынок, чтобы разменять стодолларовую купюру и что-то купить по хозяйству. В момент обмена ее задержали милиционеры из службы охраны рынка. Они так запугали женщину грозящим ей уголовным наказанием, что она вернулась домой, достала все отложенные на черный день сбережения - восемьсот долларов - и отнесла их этим "сотрудникам правоохранительных органов"... Сегодня подвергаться подобному риску уже нет необходимости - достаточно отстоять очередь в обменник, когда там есть валюта. Таким образом, в отношении безопасности обменного процесса наблюдается значительный прогресс.

Зато другое обстоятельство не может не вызывать недоумения. Частным предпринимателям по-прежнему не разрешается осуществлять деятельность по обмену валюты – этим позволено заниматься лишь уполномоченным коммерческим банкам. Какое это имеет отношение к декларируемому построению рыночной экономики, остается загадкой. Этот порядок коренным образом отличается от ситуации в остальных странах СНГ, где обменом валюты, как и любым другим делом, может заниматься любой гражданин, обеспечивая при этом клиентам удобство, себе - доход, а государству - стабильное поступление налогов.

Несколько лет назад я побывал на Украине, где встретился со знакомым, имевшим в своей собственности несколько будок-обменников. В одной из них он сидел сам, до вечера меняя валюту, и не забывая регистрировать в компьютере каждую совершенную сделку - в противном случае ему грозил бы крупный штраф. Никаких документов с клиентов он при этом не спрашивал. Да что далеко ходить за примером: каждый, кто ездил в соседний Казахстан, своими глазами наблюдал то же самое.

Вполне очевидно, что монополия на обмен валюты, принадлежащая коммерческим банкам, вызывается самой прозаической причиной - сохранить контроль над курсом и валютными потоками.

Следует заметить, что в нынешнем виде конвертация осуществляется не по рыночному "плавающему" курсу, формирующемуся на основе спроса и предложения, а на основе курса, устанавливаемого административным путем. Что дает подобный искусственный курс? Во-первых, он дает хорошую отчетность - статистика по стране кажется лучше, чем в действительности. Во вторых, это создает временную стабильность для многих крупных предприятий (формально акционерных, но по сути принадлежащих государству), которые могут не опасаться резких скачков валютного курса и продолжают работать в созданном для них "тепличном" режиме, пусть и не самым эффективным образом. В третьих, инфляция, действительно, сдерживается на каком-то не очень высоком уровне. Вот, пожалуй, и все...

Искусственное поддержание стабильного курса доллара может осуществляться двумя способами. Первый способ - регулярное выбрасывание на рынок партий валюты из золотовалютных запасов страны. Второй способ - сдерживание эмиссии наличной денежной массы (что в итоге вылилось в задержку выдач зарплат и социальных пособий), а также установление высоких торговых пошлин и снижение спроса на доллары внутри страны посредством сокращения операций по импорту потребительских товаров. Что вообще-то идет вразрез с основами экономики - с каждого оборота денег все его участники получают прибыль, поэтому чем больше оборотов, тем больше прибыли у участников экономической деятельности - денежная масса должна крутиться на повышенных оборотах, а не лежать мертвым грузом в банках.

К сожалению, правительство выбрало второй вариант. Как следствие - это обернулось снижением деловой активности вообще. Ведь так называемая "жесткая денежно-кредитная и налогово-бюджетная политика" - это просто насильственное замедление оборота денег.

Несколько слов о том, как сегодня осуществляется конвертация валюты действующим в республике фирмам и компаниям. Если в начале года поступали многочисленные сведения о том, что Центральный банк дает негласные указания отказать в конвертации средств импортерам товаров, не имеющих "социальной значимости", то на сегодняшний день подобных сведений у нас нет. Зато известно, что многие фирмы, особенно в провинции, месяцами пытаются проконвертировать свои средства, хотя, согласно установленному порядку, это не должно занимать более трех дней с момента подачи документов. Другие же фирмы, наоборот, получают все необходимые валютные средства практически сразу. Думаю, нет необходимости уточнять причины, по которым одни получают привилегированный доступ к валюте, а другие - нет.

Таким образом, на сегодняшний день правительство Узбекистана не в полной мере выполняет взятые на себя обязательства по восьмой статье МВФ, предусматривающей конвертацию по счетам текущих международных операций без каких-либо ограничений.

Следует сказать, что в настоящее время доступ не только к валюте, но и к своим собственным наличным денежным средствам в сумах, "замороженным" на счетах коммерческих банков, является огромнейшей проблемой для предпринимателей республики. В связи с тем, что банки постоянно задерживают выдачу наличных сумов, "вытащить" оттуда свои деньги неимоверно сложно. Отсюда расцвет специфической деятельности по обналичиванию средств - за определенный процент фирмы, имеющие в распоряжении значительную массу наличных денег, помогают обналичить безнадежно "зависшие" средства. Примерная ставка на сегодняшний день такова: за перевод на счет фирмы одной тысячи безналичных сумов дают от 700 до 900 сумов наличными.

Если курс безналичного сума можно смело назвать вторым существующим в стране курсом, то первый - это курс официальный, устанавливаемый Центральным банком Узбекистана. Он устанавливается для ведения бухгалтерского учета, статистической отчетности по валютным операциям, а также исчисления таможенных и иных платежей. Каждую неделю официальный курс немного меняется - по отношению к другим мировым валютам сум слегка опускается. Разумеется, новый курс устанавливается чисто административным методом, в приказном порядке. Однако постепенная, плавная девальвация сума налицо. Если в середине октября прошлого года, в момент введения конвертации, за один доллар давали 975,25 сумов, то год спустя - пятнадцатого октября текущего года - 1042,55 сумов, а сегодня - уже 1051,02 сумов. Иными словами, за год с небольшим доллар вырос на 7,8 процента по отношению к суму.

Курс наличной валюты в обменных пунктах установлен на несколько иной планке - чуть выше официального. На сегодняшний день доллары в обменниках принимают по цене 1053 сума, а продают по 1057 сумов. На "черном рынке" этот коридор немного шире - валютчики покупают доллары по 1050, а продают по 1060 сумов за один доллар.

Таким образом, через год после введения конвертации разница между существующими курсами национальной валюты практически нивелировалась. И это несомненное достижение по сравнению с тем, что было два с половиной года назад, когда курс доллара на "черном рынке" стабильно держался на отметке, в несколько раз превышающей официально установленный курс Центробанка.

Возникает вопрос: каков же должен быть реальный курс доллара в Узбекистане, складывающийся на основе спроса и предложения, с учетом находящейся в обращении денежной массы?

Попытаемся на него ответить. Два с половиной года назад, когда в Узбекистане вовсю процветала "челночная" торговля, а деловая активность малого и среднего бизнеса была на порядок выше, чем сегодня, курс доллара достигал величины в 1400-1450 сумов. Однако с тех пор малый торговый бизнес был практически уничтожен, и, как следствие этого, устойчивый спрос на доллары внутри страны был сбит. К тому же за это время вышло несколько правительственных постановлений о всеобщем повышении зарплат, пенсий и социальных пособий. Подобные повышения происходят один-два раза в году, при этом зарплаты и пенсии повышаются в среднем на 20-30 процентов, через месяц подтягивается в цене все остальное - коммунальные услуги, плата за проезд, товары на рынке. Таким образом, можно сказать, что денежная масса с тех пор увеличилась в полтора-два раза, но ее обороты замедлились.

Если представить, что с узбекской экономики в одночасье были бы сняты все кандалы в виде непомерных налогов, таможенных пошлин, что были бы отменены приказы банкам задерживать выдачу "налички", то, в связи с накопившимся товарным дефицитом, в стране возник бы повышенный, ажиотажный спрос на валюту. Курс доллара в мгновение ока вырос бы и, поколебавшись, остановился на отметке, соответствующей его реальной стоимости. Какова же эта отметка? Исходя из соотношения курса доллара двухгодичной давности и нынешней денежной массы, две тысячи сумов за один доллар - это минимальный курс. Для граждан страны он чреват обесцениванием всех сумовых сбережений, независимо от места их хранения - дома или в банках. Впрочем, судя по всему, отменять пошлины и налоги правительство не собирается, так что те, у кого имеются сумовые вклады в банках, могут не беспокоиться.

Почему же узбекские власти не пошли на то, чтобы конвертация осуществлялась на основе реального, рыночного курса доллара? Почему с таким упорством поддерживается искусственно заниженный курс, бьющий в первую очередь по экспортерам, поддерживается в ущерб экономике страны, рекомендациям международных финансовых организаций? Утверждения о том, что на полноценную конвертацию якобы не хватает валютных запасов вряд ли можно воспринимать всерьез. Проблем с обменом валюты не возникает даже в самых бедных африканских государствах, при том, что цена долларов или евро формируется там на основе рыночного курса. Ведь деньги - это тоже товар, стоимость которого определяется стандартными рыночными методами.

Поскольку в Узбекистане мотивы принятия правительственных решений покрыты завесой глубочайшей секретности, то без специального исследования на эти вопросы ответить трудно. Очевидно одно: если курс доллара так долго поддерживается на определенном уровне, значит это кому-то выгодно. Видимо, для тех, кто обладает властью принимать подобные решения, выгоды от сохранения существующего положения настолько велики, что ради них вполне можно отбросить экономику страны на восемь-десять лет назад, лишь бы только не потерять этих выгод.

Позволю себе привести цитату из совместного пресс-релиза МВФ и правительства Узбекистана, распространенного восьмого октября прошлого года на пресс-конференции вице-премьера Рустама Азимова и главы миссии МВФ Эрика де Врайера: "Введение конвертируемости национальной валюты по счету текущих операций... создает прочную основу для дальнейшей либерализации экономики... К этим мерам относится либерализация торговли, в том числе с соседними странами; углубление рыночных реформ в сельском хозяйстве, банковском секторе, капитальном строительстве и административной реформы, преследующей цели сокращения государственного присутствия в экономике и улучшения делового климата".

С тех пор прошло больше года. Ни либерализация торговли, ни какие-либо другие из вышеперечисленных реформ осуществлены так и не были...

Тем не менее, следует признать, что в результате введения конвертации, пусть даже и не совсем полноценной, деловая активность в стране возросла. Оживилась торговля, увеличились потоки экспорта и импорта, а доступ к иностранной валюте, хоть и с некоторыми ограничениями, но получило большинство предпринимателей и обычных граждан республики.

Ситуацию комментирует доктор экономических наук Виктор Арвидович Ивонин

- Год назад был формально ликвидирован "Алайский банк внешнеэкономических связей" - то есть "черный рынок" валюты. По оценке Всемирного банка, через "черный рынок" республики ежегодно проходило около полутора миллиардов долларов. Банкиры, высокопоставленные чиновники очень долго сопротивлялись его закрытию, мотивируя это тем, что в республике не хватает золотовалютных резервов, чтобы обеспечить спрос на доллары у населения. Но как оказалось, ларчик открывался просто - в феврале 2002 года был опубликован "Меморандум о программе социально-экономического развития республики", который был подписан министром экономики Р.Азимовым, председателем Центрального банка Ф.Мулладжановым, и тогдашним министром финансов М.Нурмурадовым. В нем впервые прозвучало обещание этих трех лиц больше не спекулировать долларами на "Алайском базаре". Несведущий читатель, может быть, этого и не понял, но изощренные в административной лексике специалисты именно так трактуют обещания не совершать систематические валютные интервенции на параллельном валютном рынке.

То есть, наша экономическая система брала доллары в долг, в кредит, и немедленно их обменивала по двойному, тройному обменному курсу на своем собственном "черном рынке". К слову, на "Алайский банк внешнеэкономических связей" работали лучшие экономисты страны. Через десятые руки им заказывали расчеты курса валют. Так что курс доллара на "черном рынке" определялся отнюдь не спросом и предложением, а научно обоснованными расчетами и устанавливался в рамках своеобразного коридора. Отличие этих курсов заключалось в том, что Центральный банк устанавливал курс импортозамещающий, а "Алайский банк" - экспортоориентированный. То есть "черный рынок" как бы выталкивал продукцию из республики, делал выгодным ее поставки за рубеж. И наоборот, курс Центрального банка не допускал сюда иностранные товары. Ведь если мы устанавливаем курс на уровне 1500-1600 сумов за доллар, то наши товары становятся конкурентоспособными на мировом рынке, они успешно конкурируют по ценовой способности, то есть могут продаваться за рубежом значительно дешевле. А импортозамещающий курс делает невыгодным продажу иностранных товаров здесь - если курс составляет 700 сумов за доллар, то иностранцам нет смысла продавать у нас.

Под давлением Всемирного банка и отечественных предпринимателей, которые буквально осаждали и Центральный банк, и правительство с требованием ввести конвертацию, она была осуществлена. На сегодняшний день реальный курс, который должен быть, - колеблется в коридоре 750-1350 сумов за доллар - это очень четкие расчеты, с учетом таможенных пошлин и всего остального. Министерству экономики, а также Министерству финансов нужно определиться, какую политику они собираются проводить - импортозамещающую или экспортоориентированную. Если последнюю, то надо выйти на курс 1300 и возможно его повысить до 1500, чтобы подхлестнуть эти процессы. Если же импортозамещающую, то нужно снизить его до 700-800 сумов за доллар. А так как реальных расчетов ни в том, ни в другом направлении мы не видим, то курс установлен на уровне "золотой середины" и поддерживается на этом уровне искусственно, путем систематических задержек в выплате зарплат и принудительного изъятия налоговыми органами оборотных средств с предприятий под надуманным предлогом, что якобы у тех имеется задолженность по платежам в бюджет.

Дополнительным средством для снижения курса доллара стало принудительное ограничение торговли импортными потребительскими товарами. Идея была проста - неоднократные попытки правительства перекрыть каналы входа валюты на рынок страны не давали результата - доллары ввозят официальные структуры, посольства, фирмы, ну и просто иностранцы. А вот перекрыть каналы, через которые доллары вытекали из страны, было возможно. Именно этот план и был реализован. С одной стороны были открыты обменники, с другой - самым жестоким образом стали расправляться с клиентами валютного рынка. В основном этот был малый "челночный" бизнес, которому для торговых оборотов нужна была свободно конвертируемая валюта. Поэтому два года назад вышло постановление об установлении пошлин в размере 90 процентов от стоимости товара. Малый торговый бизнес испытал не просто потрясение - шок. Сегодня, казалось бы, все утряслось, но в августе было принято новое постановление о "челноках" - совершенно неожиданно они были выведены из правовой категории малого частного бизнеса, и для них почему-то был установлен особый правовой режим. Если для малого бизнеса установлена упрощенная схема регистрации "в одно окно", то для "челноков" установлена весьма сложная система регистрации в налоговом и таможенном комитетах. Много инстанций должен обойти "челнок", чтобы зарегистрироваться в качестве частного предпринимателя и участника внешнеэкономических связей. Мало того, введены огромные ограничения - например, что он только сам имеет право продавать ввезенный им товар. Естественно, это опять вызвало негативную реакцию на рынках...

Кроме того, ни в одном учебнике экономики нет положения, где указывалось бы, что денежное обращение в стране должна регулировать милиция. В положении о милиции тоже нет установок, обязывающих ее заниматься регулированием денежного обращения. Но, к сожалению, она вынуждена выполнять эти приказы. Теперь она охраняет валюту - чтобы та не попала в руки "челноков" - базары разгоняет. И все это происходит по одной-единственной причине, которую можно выразить простой поговоркой: "с дурной головой ногам покоя не бывает".

Оправданы ли с экономической точки зрения перечисленные меры по поддержанию низкого курса доллара? Конечно, неоправданны. Мы должны поддерживать курс стабильный доллара, но обычно это делается валютными интервенциями Центрального банка, а не задержкой денежного оборота в стране. Никакую экономическую, а тем более, финансовую систему нельзя насиловать. Перекладывать же регулирование валютного курса на плечи населения не только недопустимо, но и безнравственно.