13 Декабрь 2017


Новости Центральной Азии

В Андижанском институте языков наступили холода

17.11.2004 08:15 msk, Н.Кулдашев

Ферганская долина

О проблемах в сфере высшего образования в Узбекистане говорилось много и давно, но особенно наглядно эти проблемы выявляются при посещении учебных заведений на периферии, в узбекской глубинке. Для своего краткого исследования возьмем Андижанский педагогический институт языков имени Чулпана.

Если сразу при входе разруха (как внешняя, так и внутренняя) может не броситься в глаза, то при более детальном обследовании становится ясно: студентов здесь не учат, а калечат, как в прямом, так и в переносном смысле. Во всех зданиях учебного заведения стоит жуткий холод, на деревянных сиденьях допотопных парт высидеть больше получаса невозможно – хуже пытки, но студенты (иже с ними и преподаватели) выдерживают эту муку по пять-шесть часов ежедневно.

Не надо думать, что так было всегда. Первые выпускники института не могут не помнить, что иняз всегда славился своими самыми теплыми аудиториями в Андижане в зимний период. Многие студенты из других городских ВУЗов даже завидовали сверстникам из иняза именно по этой причине.

Для справок: через дорогу от института расположен крупнейший в Узбекистане биохимический завод, имеющий котельную с огромными мощностями. Раньше, как говорится, «при социализме», биохимзавод делился теплом с институтом, что называется, даром (на то и социализм). После 1991-го года все перешло на рыночные отношения, но даже при таком раскладе тогдашний ректор, профессор Умарходжаев, находил средства, чтобы вовремя заплатить за отопление руководству завода.

Сегодня институт живет за счет студентов-контрактников, обучающихся на платной основе. Из 555 студентов иняза лишь менее 200 обучаются на государственные стипендии. Остальные вполне официально платят за учебу запредельные по местным меркам деньги. Имея на счету солидные деньги, нынешний ректор кандидат наук Р.Г.Баратов и пальцем пошевелить не хочет ради своих студентов и профессорско-преподавательского состава.

Институтам дана относительная свобода в распоряжении собственных финансов, бюджетообразующей функцией заняты также специальные учебные курсы внутри иняза (бизнес-школа, двухлетние подготовительные курсы по английскому языку и т.д.), столовые, будки с прохладительными напитками, мелкие торговцы и прочее. Тем более становится непонятным, что Баратов так не дорожит своим персоналом.

Если проследить утечку из института квалифицированных кадров, можно ужаснуться. Да, текучка есть во многих институтах, но не в таких количествах. Не иначе, как кадровым голодом можно объяснить тот факт, что многие ученые мужи этого ВУЗа сидят сразу на двух должностях. Так, М.Абдувалиев является и проректором по науке и учебно-воспитательной работе, и заведующим кафедрой грамматики английского языка. Т.Рахманов - завкафедрой русской литературы и деканом факультета славянской филологии. О.Ахмаджанов - проректором по вопросам духовности и просветительства и завкафедрой теории политических наук. Б.Мирзакаримов - деканом романо-германского факультета и завкафедрой информатики. Т. Умурзаков - деканом факультета английской филологии и завкафедрой английской фонетики.

Более трети всех преподавателей - вчерашние выпускники иняза, а пятая часть учителей формируется из состава старшекурсников. Все это не то, что сказывается на качестве преподавания: качества нет и в помине.

Конечно, есть в учебном заведении нормальные добросовестные преподаватели, но при вышесказанных условиях функционирования института нормально работать - сравнимо с подвигом Геракла.

Буквально на днях завершилась хлопковая кампания и ее итоги преподаватели почувствовали на своей шкуре. Многим из них резко срезали зарплаты за сентябрь, октябрь и ноябрь, по причине неявки на сбор урожая. Никакие доводы и справки о болезнях в счет не принимались. Если такие поистине драконовские методы можно хоть как-то объяснить жесткой дисциплиной, то никак не понятна политика руководства - во время хлопкового сезона платить ВСЕМ преподавателям зарплату в одну ставку, в то время как у большинства нагрузка превышает полторы ставки.

Руководство в лице господина Баратова поясняет эти «махинации» так: "Вы же все равно сейчас не преподаете, ну и берите одну ставку". По этой же логике отпускные ровно в одну ставку преподаватели получают в июле и августе, хотя "отбарабанили" весь год в полтора раза больше.

Когда подобным образом какой-нибудь работодатель-частник издевается над чернорабочими, это как-то еще можно объяснить, хотя бы невежеством последних. Но когда подобное происходит в стенах учебного заведения, да еще над людьми с высшим образованием...

Конечно, упомянутые несправедливости должны, по идее, устраняться профсоюзными комитетами. Но Марьям Тургуновна, которая работает в должности профкома более десяти лет, давно уже стала частью механизма по имени "ректорат". (Кстати, правовой нонсенс: Марьям Тургуновна объединяет в себе сразу две функции - защитника трудовых интересов преподавателей и защитника трудовых интересов студентов - она курирует студенческие профкомы).

Да не усмотрят читатели во мне кляузника, но от всего сердца хочу сказать: никогда мне не было так обидно за свой институт, в котором я сам учился, в котором учились мои дети, за тот позор, что в нем творится. Можно спросить у десяти-двадцати прохожих на андижанских улицах о местных институтах, и сразу выяснится, что иняз – самое непрестижное заведение в городе. Немудрено, что сами преподаватели свой институт именуют "болотом".

Повторюсь: не всегда так было. В середине девяностых институт языков занимал призовые места во всех проводимых областных конкурсах. Студенты института слыли лучшими знатоками словесности. Выпускников знаменитого факультета русского языка и литературы безо всяких проблем принимали на работу в самые ответственные государственные учреждения - в органы внутренних дел, а то и в службу безопасности.

Н.Кулдашев, (один из первых выпускников иняза)






  • РЕКЛАМА