1 Март 2017


Реклама




Архив

Новости Центральной Азии

Казахстан: Молодёжная музыкальная субкультура встречает сопротивление со стороны «защитников традиций»

11 ноября 2016 года в небольшом центрально-казахстанском городе Кокчетаве в очередной раз было сорвано выступление алма-атинского бойз-бэнда «Ninety One» («Девяносто один» - свое название группа берет от года независимости Казахстана). Это уже шестой город из шестнадцати заявленных в рамках турне 2016 года городов страны, отказавшийся принять поп-музыкантов. Почему же выступления группы срываются одно за другим?

Созданный в 2014 году музыкальный коллектив играет в стиле, как они сами называют, q-pop (казахский поп), взяв за основу раскрученное направление k-pop (корейский поп). От многих других команд ее отличает несколько моментов: песни исполняются на казахском языке, но при этом большое внимание уделяется качеству и нестандартному сценическому образу участников проекта. Но теперь у бэнда, ставшего культовым у казахстанских подростков, появилась еще одна отличительная особенность – в глазах радетелей за национальную культуру музыканты стали едва ли не воплощением зла.

От Актюбинска до Кокчетава

Первый заметный «облом» у музыкантов произошел в начале октября 2016 года в западно-казахстанском городе Актюбинске. За несколько дней до концерта около двух десятков местных «артистов» пригласили журналистов и высказали им свое «фэ». Местных музыкантов, которые в основном играют на свадьбах, возмутил внешний вид алма-атинских коллег.

«Они красят волосы, в ушах серьги – это недопустимо! Билеты на них покупают старшеклассники, которые потом подражают им. Они травят нашу молодежь, пропагандируя зарубежную культуру!» - высказался в эфире телеканала КТК певец Дастан Сулейменов.


Скриншот телепередачи. Для просмотра видео кликните на изображение

Свое негодование «народные певцы» подкрепили письмом в городскую администрацию с требованием «не допустить растления молодежи». Для подстраховки противники группы связались с актюбинскими организаторами выступления и предупредили, что «они заполнят целый зал»; со своей стороны и организаторы пожаловались на поступающие угрозы. В итоге под напором масс шоу вынужденно отменили, несмотря на проплаченные авиаперелеты участникам, аренду зала и проживание в отеле. Естественно, деньги за проданные билеты фанатам группы тоже пришлось вернуть.

Дальше по накатанной схеме срывы выступлений произошли в Кызыл-Орде, Джезказгане, Караганде, Чимкенте, Кокчетаве.

Городские власти Караганды и Джезказгана также запретили выступление группы «Девяносто один», стремясь избежать конфликта. Это произошло после того, как «активные горожане» стали забрасывать мэрию и филиал президентской партии «Нур-Отан» возмущенными письмами и предупреждениями, что сорвут концерт любой ценой.

В Кызыл-Орде выступление отменили уже по приезду команды. Причиной стали все те же молодые люди, обвинившие музыкантов в пропаганде гомосексуализма, оскорблении памяти предков и несоответствии казахским традициям. Только вмешательство полиции предотвратило столкновение противников «Ninety One» и их поклонников, собравшихся возле места предполагаемого концерта.

Наконец, в спокойном Кокчетаве концерт не состоялся, по версии руководителя управления культуры Акмолинской области Сауле Бурбаевой, из-за «низкой продажи билетов».

При этом на счету молодой группы довольно много музыкальных достижений. В 2015 году группа получила две статуэтки на ежегодной Евразийской музыкальной премии телеканала MuzzOne в номинациях «Прорыв года» и «Абсолютный радио-хит». На музыкальном телеканале Gakku бойз-бэнд продержался 20 недель на вершине хит-парада со своим клипом «Айыптама» (в Youtube — более двух миллионов просмотров). В 2016 году - еще 20-недель на вершине хит-парада специализированного ТВ с новым хитом. В этом же году команда получила специальную статуэтку за свой вклад в золотой фонд современной казахстанской музыки.

Конечно, ажиотаж вокруг поп-исполнителей придал ей новый всплеск популярности. И если бы не значимые финансовые убытки и участие представителей власти, то можно было бы предположить, что подобный промоушн ей организовали гениальные рекламщики.

Дурные традиции могут быть вечно, хорошие забываются

В принципе в Казахстане уже вводились определенные запреты в области искусства (см. нашу статью «Казахстан: С «ненормальным» в современном искусстве борются и власть, и общество»). Однако ситуацию с «Ninety One» отличает то, что инициаторами выступают уже не ретрограды от власти, а люди, официально обеспокоенные нравственностью молодого поколения. И граждане те, хоть и разные, почему-то очень похожи друг на друга: как правило, это крепкие парни, что постарше публики «Ninety One». Что же касается представителей властей, то они как-то очень легко соглашаются с требованиями «озабоченных», как будто того и ждали.

В свое время алма-атинская мэрия решила запретить проведение концерта германской рок-группы «Tokio Hotel» под тем предлогом, что в их песнях имеются призывы к суициду. Более года были закрыты все концертные площадки и клубы для алма-атинского рэпера Такежана в наказание за то, что он написал песню, посвященную трагическим событиям в Жанаозене и объявил перед концертом в ночном клубе, что гонорар за свое выступление передаст пострадавшим. Тот концерт был отменен моментально, разумеется, «по техническим причинам».

Поначалу «народный гнев» был направлен на «самое важное из всех искусств» - кинематограф. До сих пор не известно, кто напал в 2009 году на талантливого режиссера Ермека Турсунова через четыре дня после закрытой премьеры его фильма «Келiн» («Невестка»). Еще до выхода ленты руководство киностудии «Казахфильм» требовало от режиссера вырезать некоторые эпизоды, якобы «оскорбляющие казахскую нацию».

В 2012 году на старте сняли с проката киноальманах Жаны Исабаевой «Теряя невинность в Алма-Ате». Опять же по требованию «общественности», организовавшей настоящие акции устрашения во время первых киносеансов.

В 2014 году блюстители нравов пытались добиться запрета показа комедии «Келинка Сабина», которая, по их понятиям, стала «плевком на традиции казахского народа». Позже эта комедия, в отличие от элитарного фильма Ермека Турсунова, быстро набрала в народе популярность, и поборники морали отступили.

Но сейчас они снова почувствовали свою силу и то, что с ними вынуждены считаться власти. Группа «Ninety One» могла стать первой такой «ласточкой», на которой можно комфортно отточить мастерство по предотвращению «нежелательного в искусстве». Когда самим нечего предложить, то принято сваливать все на традиции – и одной группой дело может теперь не ограничиться. Хотя традиции – тоже дело спорное.

Художник Куаныш Базаргалиев тоже нередко в своих работах обращается к казахским традициям, но так, что и его могут обвинить в следующий раз. Он-то напоминает, что традиции традициям рознь:

«Я никогда раньше эту команду не слышал, но в любом случае это просто отвратительно, что какая-то группа людей от имени народа выступает и запрещает, тем более эти «каражузовцы» (черносотенцы), как я их называю, они плохо знают историю казахской музыки. У нас когда-то были «салы» и «серы» – музыканты, которые ездили по аулам. Они очень экстравагантно одевались: носили женские головные уборы, позволяли себе очень многое, но народ их любил и принимал, некоторых на руках заносили в аулы, некоторым ковры расстилали. Был такой известный и поэт, и музыкант Биржан-сал, он ходил в женской шапочке «борик» с перьями филина, носил яркий чапан, украшенный женскими узорами. Салы и серэ – они отращивали длинные волосы, ходили с косичками, тогда как казахи в основе своей брились наголо. Это все была казахская певческая традиция. И эти люди, которые выступают против, они сами выглядят не так, как должны выглядеть традиционные казахи. Эти парни в кроссовках, «адидасах», «найках», почему они не ходят в сапогах с закругленными носками, не бреют головы и не отращивают бороды?»

Сопротивление «серым»

«Может, начнем развиваться и принимать новые тенденции, прежде чем запрещать концерт?.. Волосы красили во все времена, серьги носили даже самураи, не с этих мальчишек началась эта мода и не в этом году, а очень много лет назад. Суть ведь не в этом и это никак не относит этих пацанов к секс-меньшинствам, это всего лишь сценический имидж... чем больше запрета, тем больше желания их видеть и слушать! И будет именно так, потому что эти парни делают качество и несут в себе новшество», - написано на fan-странице группы в Фейсбуке.

Именно «фактор 91» заставил немногих представителей интеллигенции высказать свои опасения, что Казахстан и в этом отношении развивается в неправильном направлении.

Упомянутый режиссер Ермек Турсунов предельно резко написал о тех, кто в данном контексте говорит от имени народа: «Если говорить прямо, они украли у Гитлера идею тысячелетнего рейха и теперь подают ее под другим соусом. Под бесбармачным, надо полагать. Они прекрасно понимают: показной патриотизм конвертируется в любую валюту. Поэтому они объединяются в стаи и назойливо демонстрируют свою любовь к родине».

«Обратите внимание на тех, кто выступает против Ninety One: сплошь творческая интеллигенция мужского пола в черных вязаных шапочках и светопоглощающих куртках, не очень складно формулирующая мысли. Они настолько одинаковые, что, кажется, будто вещают не отдельные люди, а единая темная масса. Причем ее, этой массы, много, и она как-то вдруг обнаружила склонность к самоорганизации, всегда выступая, что характерно, против и никогда – за», - высказывается журналист и киновед Тулеген Байтукенов.

Ермен Ержанов (Ермен Анти), бессменный лидер уже казахстанско-российской рок-группы «Адаптация» в 90-х годах сам сталкивался с тем, что его команде «перекрывали кислород», и видение на ситуацию у него свое:

«Несмотря на художественную сомнительность и местечковость данного бизнес-проекта, убежден, что запрещать этих слащавых мальчиков не стоит. Мы живём не в том обществе, где было бы разумным и целесообразным вмешательство в так называемый культурный слой, каким бы мутным и размытым он не был. У нас сначала могут запретить какой-нибудь нелепый «бойз–бэнд», а через месяц перекрыть кислород действительно стоящему проекту. И давайте не будем апеллировать к мнению народа, мол, это он за то, чтобы у нас что-то запретили. Будем искренни и признаемся себе, что для большинства нашего народа культурой, в широком смысле этого слова, является телевизор, и всё с ним связанное. Лучшее кино – это мыльные оперы, лучшая музыка – звёзды «Радио Шансон» и т.д. Так что народ, как, к примеру, и его избранники - депутаты, в искусстве ничего толком не понимает. Помнится случай, когда одному депутату надоело быть просто иждивенцем, и он решил в «совесть нации» поиграть, и призвал запретить в Казахстане показ фильмов Ермека Турсунова. Рассмешил и опозорил страну на весь цивилизованный мир: фильмы брали призы на международных фестивалях, приносили славу режиссёру и стране, а он со своим совковым «не пущать», - комментирует он «Фергане».

В Казнете немало роликов, подобных этому — «Молодеж Казахстана против Ninety One» (орфография сохранена). Правда, в отличие от клипов самой группы, количество просмотров у них на порядок ниже.

Сейчас «хранителе традиций» еще не так много, берут они не числом, а нахрапом. Но, к примеру, в России тоже всё начиналось с немногочисленных агрессивных групп, представлявших себя то «казаками», то «православными активистами». Со временем их стало гораздо больше. Сегодня они уже начинают диктовать обществу, что соответствует их понятию прекрасного, а что нет. А если кое-кто в обществе этих «разъяснений» не понимает, к тому применяется административный ресурс или грубая сила. Ведь с точки зрения их защитников, ради сохранения традиций и морали подобное допустимо.

Андрей Гришин

Международное информационное агентство «Фергана»



«Фергана.Ру» в соцсетях